Предложение: редактирование историй
Молодому человеку на мобильник позвонила его мать, которая находилась на работе, и попросила купить молока. Пусть нехотя, но молодой человек сел в свой автомобиль и поехал в ближайший магазин. Кассирша, пробивая покупку, пошутила: «Похоже, в ближайшее время у вас не будет недостатка в молоке».

Приехав домой, молодой человек заметил, что машина матери стоит в гараже — стало быть, она уже приехала. Он вошёл в дом. Свет был не включен. В доме остро пахло прокисшим молоком. Молодой человек окликнул мать, но не получил ответа. Поставив пакет с молоком на пол, он прошёл в комнату матери. На кровати, с аккуратно отрезанной головой, которая покоилась у неё на груди, лежала его мать.

Шокированный парень вызвал милицию. Судмедэксперт выяснил, что женщина мертва уже несколько дней. Молодой человек, потрясённый этой трагедией, стоял в коридоре, не в силах войти в комнату и снова взглянуть на изуродованную мать, и думал, кто бы мог сотворить подобное. В комнате работал судмедэксперт, а следователь тихо разговаривал с прибывшим врачом. Молодой человек невольно прислушался к их словам.

— Знаю, вам не приходилось сталкиваться с подобным, но в моей практике такие случаи были, — говорил врач. — Не редкость, когда люди, страдающие тяжёлой формой шизофрении, многократно повторяют свои действия.

Молодой человек пытался вспомнить знакомых, которые могли бы сойти за шизофреников, когда в его кармане зазвонил телефон. Он машинально поднёс трубку к уху.

— Дорогой, это я, — из телефона раздался усталый голос матери. — Не мог бы ты заскочить в магазин и купить пакет молока? Я скоро буду.

— Конечно, мам, — нехотя ответил молодой человек.
Три месяца назад я внезапно попал с почечной коликой в одну большую московскую больницу. Квалифицированная помощь, хороший уход — и я быстро пошёл на поправку. Камни вышли, осталось вылечить воспаление, и можно идти домой.

Естественно, ко мне приезжали друзья. С графиком посещений было всё хорошо — с 8 часов утра до 8 часов вечера. А вот после — никак. Однажды я хотел сходить купить поесть в полдевятого и увидел, как охранники запирают мощными засовами корпус. Меня ни под каким предлогом выпускать не хотели. Даже денег не брали, хотя предлагал тысячу рублей. Это, конечно было странно.

В одну из ночей я смотрел фильм в своей в палате. Палата была на 6-м этаже, двухместная, соседа не было. Вдруг я увидел краем глаза за окном какое-то шевеление. Я всмотрелся в темноту; там мелькнула какая-то тень. Ну, мало ли что, может птица — особого внимания на это не обратил. Но потом разговорился с охранниками, когда в очередной раз пытался пройти вечером на улицу. Они сказали,, что кто-то у них живет на территории больницы. Это не афишируется, но после наступления темноты у них ходит по территории какое-то существо. А однажды бесследно пропал больной, который ночью выходил за едой. С тех пор с режимом стало ОЧЕНЬ строго. Сами они запираются в корпусах и не выходят. Работает только реанимационное отделение в другом крыле, но там машины и много людей — туда оно не суется. Несколько раз как в дневное, так и в ночное время устраивали вооружённые облавы по всей немаленькой территории больницы (один раз даже с привлечением ОМОНа) — ничего не нашли.

Я рассказал охранникам про то, что видел тень. «Наверняка это оно», — ответили они мне.

С тех пор я пристально вглядывался в темноту из окна своей палаты. И однажды увидел.

На улице светил фонарь. Из кустов неподалеку от фонаря вылетела тень и одним прыжком преодолела метров 20 до ближайших деревьев. Я заметил обратные изгибы ног (как у собаки или лошади). Но оно было на двух ногах, это точно. Выглядело просто сюрреалистически. Потом оно совершило ещё один прыжок от деревьев к зданию — на стену, видимо. Дальше я смотреть не стал. Из окна высовываться желания не было, я быстро ушёл из палаты на пост медсестры.

К счастью, этого существа я больше не видел. Через пять дней меня выписали.

Когда думаю о том, что я видел, мне становится страшно, ведь оно все еще там.
В 1996 году на тротуаре у пивного ларька в Нижнем Новгороде милиция нашла труп мужчины. Видимых признаков криминала не было. Труп отправили в морг для вскрытия. Патологоанатом морга Сергей Зеленин рассек грудную клетку, а под ней находился... скрюченный ребенок. Мертвый. На ощупь этот организм напоминал дерево. Обычно подобное случается с легкими человека, когда тот замерзает, но на улице было тепло. Ребёнок занимал достаточно большое место внутри тела, легкие и сердце «носителя» были приплющены к бокам. Патологоанатом извлек находку из грудной полости, взвесил (6100 граммов) и измерил (33x26x17 см). Цвета он был желто-красно-белого. Вскоре милиция нашла родственников, которые опознали труп — это был Владимир Борков, работавший инженером. Во время последующего изучения «паразита» врачи рассекли нижнюю часть его предполагаемой головы — там обнаружились зубы. Сделали крайний срез с макушки — показались короткие и тонкие волосы.

Медики поражались: как этот человек вообще прожил 43 года? Чем дышал? Как билось лепешковидное сердце? Как могли просмотреть «меньшего» в груди Боркова рентгенологи? Как могли прослушать терапевты биение двух сердец в одной груди? По словам родных (жены и дочери), Владимир жаловался на одышку при... беге. Он еще и бегал!

Патологоанатомы отправили образцы тканей человечка на гистологическое исследование. Результаты подтвердили предположение: в груди Боркова жил младенец, по уровню физического развития схожий с ребёнком двух-трех лет. Подобные случаи крайне редки, но все же бывали в истории медицины. Все внутренние органы ребёнка находились в зачаточном состоянии, но тканевая структура была вполне зрелой. Так он рос вместе с Борковым, постепенно все больше и больше удушая его изнутри, пока не довёл «старшего брата» до фатального состояния...
Итак, продолжаю своё повествование о странных случаях из своей жизни (первую историю см. здесь).

После восьмого класса родители летом отправили меня в детский лагерь, расположенный на окраине соседнего города. Это был довольно большой и хорошо оборудованный комплекс возле озера на некотором отдалении от лесной полосы. Правда, с отдыхом нам тогда не очень повезло: половина детей в лагере были местными, которые быстро сплотились и решили устроить «приезжим» весёлую жизнь. Каждую ночь тайком от взрослых к нам в бараки приходили ещё парни постарше из городских кварталов. Было много ночных бдений и драк, мы толком даже не высыпались. Кончилось тем, что одному «наших» парней сломали нос. Руководство лагеря забеспокоилось и приняло меры только после этого.

Но речь не об этом. Как я уже сказал, комплекс стоял у озера, и каждый вечер мы под наблюдением старост ходили на озеро купаться. Где-то на второй неделе нашего пребывания в лагере, как всегда, плескаясь в воде вместе с остальными, я вдруг услышал со стороны леса громкий крик. Судя по голосу, кричал мужчина где-то в километре или в двух от нас. Это был просто бессвязный вопль, словно кричащего резали живьём и ему очень больно. Я замер, тревожно глядя на пустую опушку, потом посмотрел на старост, которые сидели на берегу. К моему удивлению, ни они, ни дети не обращали на вопль внимания. А меж тем крик продолжал доноситься и стал даже громче, отдаваясь эхом. Не в силах терпеть это, я выбрался на берег и сообщил старосте своего звена, что в лесу кто-то кричит. Он удивлённо посмотрел на меня и ответил, что ничего не слышит.

— Но там действительно кто-то есть! — воскликнул я. — Разве не слышите?

Староста спросил детей, не слышат ли они что-либо. Дети покачали головами. Странно было видеть их недоуменные и насмешливые лица и одновременно продолжать слышать льющийся в уши ужасный, мучительный человеческий крик. Я закрыл уши ладонями, наспех оделся и побежал в сторону лагеря. Но крик был всё ещё слышен. Он продолжался четверть часа, иногда отдаляясь, потом приближаясь вновь, и оборвался так же резко, как начался. Я был смертельно напуган и весь день просидел внутри комплекса. После отбоя опять началось «ночное противостояние», и мне стало не до того. С тех пор до самого отъезда я не слышал никакого крика со стороны леса.
Эта история произошла со мной год назад. Не знаю, как после неё пришёл себя: ходил несколько недель сам не свой, едва не подсел на алкоголь, до дурки, слава богу, дело не дошло...

Это случилось в день моего восемнадцатилетия. Мы отметили его с друзьями в клубе. В 11 часов вечера мы вышли из клуба. Почти все из нашей компании спустились в метро, а я с одним другом сел в 174-й автобус. Ехать нужно было до конечной. Всю дорогу мы разговаривали, подвыпившие, но не пьяные. Когда автобус приехал на конечную, мы с другом вышли и пошли вместе. Тут он вдруг спросил: «Давай, я тебя провожу до дома, а то ещё нарвёшься на кого-нибудь». Я подумал, что он не хочет, будучи выпившим, показываться на глаза родителям и хочет остаться в моей квартире на ночь. Идея мне понравилась — тем более, что мне нужно было идти через безлюдное место у железной дороги, где можно было кого только не встретить. Шёл я, оглядываясь по сторонам, и в тот момент не принял во внимание, но Ваня (мой друг) шёл неестественно спокойной и ровной походкой.

Прошагав молча пару минут, я решил завязать разговор. «Вань, ну как ты с Катькой-то, помирился?» — спросил я. Ответа не последовало. Я говорю: «Ваня, хорош молчать, я ж тебе вопрос задал». Он опять молчит. Я посмотрел на него, улыбаясь и думая, что он решил надо мной подшутить, — и заметил, что Ваня начал ходить очень медленно, покачиваясь из стороны в сторону. Я рассердился: «Да всё, кончай уже, мне и так страшно». Не реагируя на мои слова, он шагал всё медленнее и вдруг остановился совсем. Первое время я ещё продолжал думать, что он прикалывается, потом пришла мысль — может, он нюхнул чего на дискотеке? Я немного отошёл от Вани и дрожащим голосом спросил: «Вань, ты чего?».

Всё это время он шёл, глядя перед собой и низко наклонив голову. После моих слов он резко поднял голову, как будто только сейчас меня заметил. Но выглядел он уже не как мой друг. Ваня ростом около 184 сантиметров, сам по себе спортивный. Сейчас он выглядел выше, и у него на спине появился небольшой горб. Я впал в ступор, все мысли пропали. Так продолжалось секунд десять, пока я не услышал звук поезда (грузового, наверное). Тут же Ваня ринулся ко мне и ударил в челюсть с такой силой, что у меня звёздочки перед глазами затанцевали. Я рефлекторно замахнулся в ответ, но он резко добавил с левой, и я упал. Удары у него были, как у боксёра, очень точные и быстрые.

Я сидел на земле, схватившись за лицо. Сзади были пути, по которым сейчас должен был проехать поезд, а передо мной стоял Ваня. Вдруг он наклонился надо мной, и в свете подъезжающего поезда я увидел его лицо. Боже, я тогда решил, что сошёл с ума... Это был никакой не Ваня. Глаза у этого существа были узкие (не вытянутые, как у азиатов, а совсем узкие), но зрачки в них были расширены на всю глазницу. Большой нос загогулиной, губы тонкие и белые, лицо длинное и, как мне показалось, истощённое — обычно люди с таким лицом очень худые, но у этого тело было здоровенное. Волос я не заметил: может, они и были, но очень короткие. Рот у него был приоткрыт, из него текла по подбородку слюна, будто ему обезболивающего вкололи, и он не может теперь закрыть рот. Это выглядело настолько ненормально, что у меня сразу пошли слёзы из глаз. Содрогаясь, я прошептал: «Н-не трогай меня, п-п-пожалуйста». В ответ он негромко сказал низким голосом: «Я тебя переделаю».

Всё это время он приближался ко мне, а я отползал. После своей реплики он попытался схватить меня, но мне удалось извернуться, вскочить на ноги и побежать. Так, как в ту ночь, я никогда не бегал... Отбежав на приличное, как мне показалось, расстояние, я на бегу обернулся и увидел, что он стоит возле проезжающего поезда (поезд ехал почти со скоростью экспресса, никто бы в здравом уме не стоял на расстоянии полуметра от путей). На моих глазах он медленно протянул руку вперёд, его дёрнуло и он пропал, словно унёсся вместе с поездом. Меня снова охватил страх: если я не могу его видеть, он может выскочить из темноты в любой момент... Я сорвался с места и побежал. Пронёсся больше километра на одном дыхании, ввалился в подъезд своего дома, не дожидаясь лифта, забежал по лестнице на 4-й этаж. Достав ключи из кармана, быстро открыл входную дверь и вбежал в квартиру. Дома был старший брат. Я упал на пол, свернулся в клубок и стал рыдать в голос. Он подбежал ко мне и начал спрашивать: «Что случилось? Тебя избили?».

В общем, брат довёл меня до кровати и уложил спать. Я, плача, попросил его посидеть со мной, сказал, что всё расскажу. Брат, выслушав меня, сказал, что Ваня уже звонил ему, придя домой — сказал, что вернулся он нормально, и попросил, чтобы я позвонил ему, когда приду домой. Вскоре приехали родители, но они настроены были весьма скептически, а отец прямо заявил мне, что я слишком много пью и наверняка отравился некачественным пойлом либо заработал белую горячку.

Просидев дома неделю, я начал приходить в себя. Позвонил Ване, мы пошли с ним погулять, и я осторожно спросил: «Ваня, после того, как мы вышли из автобуса, ты как там потом ночью добирался домой?». Он ответил: «Ну, мы с тобой разошлись сразу после того, как вышли, потом, уходя, я ещё слышал, как ты сам с собой разговаривать начал». Мне стало ещё страшнее: стало быть, когда я начал разговаривать, я уже был с тем существом и, что страннее всего, как же я не заметил, когда Ваня успел уйти?
Произошла эта реальная история совсем недавно с моей молодой подругой Ириной. Она с мужем и четырехлетней дочкой переехала в новую квартиру. Она была счастлива, что смогла, наконец, перебраться из общежития, к тому же прежние хозяева привели жилище в надлежащий вид, и ремонт ему не требовался. Даже мебель была в таком состоянии, будто её только купили.

Ирина решила поделиться своей радостью с подругами и пофотографировать квартиру, чтобы потом выложить снимки в социальной сети «В Контакте». Когда она снимала оставшиеся от предыдущих хозяев предметы мебели, дочка сначала ходила за ней, но быстро потеряла интерес и пошла смотреть телевизор. Оставив девочку наедине с мультфильмами, она закрыла дверь и сфотографировала старинный комод, стоящий слева от входа в комнату.

Ирина выложила фотографии в Интернет, как и хотела. Позже, проверяя реакцию друзей, она увидела комментарий подруги под одной из фотографий:

«Чьи это ноги под дверью?».

Ирина написала в ответ ей личное сообщение:

«На фотографии с ногами — моя дочурка. Она тогда в комнате сидела. Я даже не думала, что она в кадр попадёт, но получилось забавно».

Ответ пришел незамедлительно (Ирина рассказала мне, что тогда она как раз осваивалась с «быстрыми диалогами»). Женщина перечитывала текст несколько раз:

«А разве у твоей дочки по шесть пальцев на ногах?».

Всмотревшись в фотографию, Ирина увидела то, из-за чего её покрыл холодный пот: из-под двери виднелись маленькие детские ножки, на которых было в общей сложности двенадцать аккуратных пальчиков. Кадр был очень чётким, это не было похоже на дефект съемки или снимок с долгой экспозицией: Ирина давно увлекается фотографированием и знает в этом толк.

В тот момент ей показалось, что в квартире стало холоднее. Она уставилась на монитор, боясь даже посмотреть в сторону двери. Тут она вспомнила, что именно в той комнате играет сейчас её дочь. Чувство страха никуда не делось, но материнский инстинкт взял верх, и Ирина побежала в комнату. Дочь сидела там и мирно играла.

Через несколько дней выяснились и другие странные особенности новой квартиры. По ночам в кухне что-то громко стучало, спальня иногда за считанные мгновения становилась ненормально холодной, время от времени из ниоткуда появлялся неприятный запах. Памятуя о недавно просмотренном «Паранормальном явлении», Ирина решила не ждать, пока потустороннее проявится в полную меру, и упросила мужа взять другую квартиру. Поначалу тот не хотел этого делать, но после пары бессонных ночей согласился, как миленький.
Есть у нас за городом большое и старое кладбище. Называется оно «Волчьи ворота». Однажды с моими знакомыми возле него приключился жуткий случай.

Ехали они как-то ночью (скорее даже под утро) мимо этого самого кладбища. Назовем их Сергей и Марат (на самом деле имена у них другие, слишком сложные для восприятия русского человека). За рулем был Сергей, который работал у нас администратором, рядом с ним сидел Марат, он был старшим по персоналу. Всё тихо и спокойно, машин на дороге нет, но Сергей не гнал машину, потому как вообще не любитель скорости.

Вдруг Сергей краем глаза замечает на кладбище у дороги рядом с машиной старика с очень бледным лицом, который сидит на могиле. Хотя ничего сверхъестественного в этом вроде не было, Сергей почувствовал смутную тревогу и невольно прибавил газу. Через полминуты он опять смотрит в сторону кладбища и видит — опять тот же старик у дороги недалеко от автомобиля, теперь сидит на другой могиле. Понятно, что человек преодолеть такое расстояние за столь короткое время не мог. Сергею стало нехорошо. Он переводит взгляд обратно на дорогу, чтобы поскорее уехать, и видит, что этот старик стоит на дороге прямо перед машиной!

Сергей резко нажимает на тормоз и останавливает машину. Поднимает взгляд — никого нет. Рядом Марат спрашивает:

— Что случилось?

— Чуть в яму не въехали… — врет Сергей, боясь, что друг сочтёт его за сумасшедшего.

Но Марат смотрит на него и говорит:

— Ты тоже видел?

Оказывается, Марат тоже видел этого старика. Сергей заводит машину, и они мчатся на полной скорости подальше от этого места. Через пару километров их останавливает патруль ДПС за превышение скорости. Сергей выходит из машины начинает им объяснять. Гаишники, конечно, не верят и говорят: мол, давайте тогда поедем, посмотрим. Марат говорит, что от этих слов он даже со спины увидел, как у Сергея волосы дыбом встали. Гаишники это тоже заметили. Сергей отдал документы сержанту и сказал: «Всё, везите машину на штрафную, делайте, что хотите, а я туда больше не поеду!».

Сержант повертел его документы в руках, потом вернул Сергею, повернулся и сказал напарнику:

— Я же тебе говорил, здесь вечно херня какая-то творится... Поехали, в жизни больше сюда в патруль не выйду!

Они сели в машину и уехали. Сергей с Маратом тоже, не теряя времени, поспешили покинуть это место...
Слышал от соседа по даче следующую историю. Его друг служил в Ханты-Мансийском АО. Кругом тайга на сотни километров и ни одной живой души. Километрах в 150 от части стояли пусковые ракетные установки. И вот посылает туда командир двух солдат что-то отвезти то ли на «Урале», то ли на «ЗиЛе-131» — в общем, на большом военном грузовике. И несколько раз особо подчеркнул (хотя это в любом случае было положено по инструкции): на дороге ни в коем случае не останавливаться, даже если сильно захотелось по нужде.

Ребята без приключений отвезли к ракетам нужный груз и поехали обратно. А ночью в тайге понятно, какая видимость, поэтому фары включили на полную мощность. Когда до части оставалось совсем ничего (где-то 10 километров), они видят: впереди по дороге идёт девочка в белом платье. Они в недоумении: откуда в тайге в два часа ночи ходит ребёнок? Но всё же решили подбросить. Подъезжают вплотную к этой девочке, сигналят ей, она обернулась... и на людей посмотрела медвежья морда. Перепуганные солдаты увидели горящие глаза и когтистые лапы «девочки». Cущество было одето в человеческое платье, ходило по-человечески и что-то протяжно заверещало. Солдаты, не помня себя, на всех газах помчали грузовик вперёд. Уж и не помнили, как до части добрались...

Вообще, места там странные — говорят, пропадают люди (причём один раз в 80-е годы там пропала чуть ли не экспедиция Академии Наук СССР), постоянно видят НЛО, по тайге разгуливают волосатые «снежные люди» (их неоднократно наблюдали и солдаты, и офицеры) , в таёжном озере или речке видели странных существ и т. д. Видимо, знал командир, о чём говорил, когда особо предупреждал солдат...
В общем-то, в моей истории мало мистического и сверхъестественного, и наверняка психиатры, например, знают подобные случаи. Тем не менее, то, что я тогда испытал, остаётся самым страшным моим переживанием за сорок с лишним лет жизни.

Заканчивался обычный рабочий день (я работаю в большом банке, весь день разбираюсь с бумагами). Я вышел из здания, покурил у лестницы с коллегами, и мы разошлись. Домой я еду на метро, и на этот раз тоже уверенно направился привычным маршрутом в сторону ближайшей станции. Было где-то семь часов вечера, ранняя осень, солнце ещё не зашло. Я чувствовал себя вполне хорошо — никакого головокружения или недомогания. Все мысли были о том, чтобы прийти домой и до отвала наесться, ибо днём из-за одного из многочисленных авралов мне не удалось как следует пообедать.

И тут на меня что-то нашло. Всем, наверное, знакомо чувство, когда в острых ситуациях в крови подскакивает адреналин, и происходящее начинает восприниматься отстранённо, будто в кино. Нечто подобное случилось и со мной, но намного хуже: я внезапно потерял представление, куда и зачем иду. Машинально переставляя ноги, я растерянно озирался и не узнавал местность. Видел плотный поток машин, горящие вывески, дома, слышал звуки моторов и клаксонов — но всё казалось незнакомым, будто я прожил всю жизнь в глухом лесу и впервые это вижу и слышу. Я был буквально оглушён этой бесцельной суетой вокруг меня. В горле мгновенно пересохло.

Я остановился, чувствуя, как путаются мысли. Передо мной прошла женщина; бросив на неё взгляд, я едва не закричал от ужаса. Нет, теперь-то я понимаю, что это была самая обычная женщина в красной курточке и вязаной шапочке, но тогда я воспринимал её как какое-то нелепое куклообразное существо, неумело собранное из абсурдных деталей. Лицо её выглядело для меня как бугристый участок кожи с отверстиями для глаз и рта, конечности — изогнутыми толстыми палками, волосы — колючей шерстью, растущей из кожи головы. А мелкие, как сито, поры на коже сводили меня с ума... На меня накатило отвращение, я отвернулся и едва удержался от рвоты. Мимо по улице проехал автомобиль, за стеклом я увидел водителя, внешность которого тоже вогнала меня в ужас. Я чувствовал себя так, будто внезапно проснулся в незнакомом мире, населённом уродами. Шатаясь, я отошёл в сторону ближайшего дома, но взглянул вверх и отпрянул: дом, казалось, вырос до размеров горы и пошатывался, силясь меня раздавить. Вывеска стоматологической клиники из красных неновых трубок, которую я видел до этого каждый день, живо напомнила мне вздутые вены, готовые лопнуть от переполненности кровью. Я побрёл прочь, пребывая в первобытном ужасе. Вся эта громада вокруг меня гремела, уродливые существа сновали вперёд-назад, и каждое из них, казалось, смотрело в мою сторону. Я массировал себе виски и пытался зажмуриться, чтобы прийти в себя. Это было как сон, в котором ты понимаешь, что находишься во сне, и хочешь проснуться, но не можешь...

В конце концов, я нашёл скамейку и сел туда, скрючившись пополам. Не знаю, сколько именно я так просидел. Наверное, где-то час. Постепенно ощущение, будто меня вырвали из мироздания «с мясом», ослабевало, и люди на улицах выглядели всё менее жуткими. В итоге я уже сам стал недоумевать: обычная московская улица, вокруг простые прохожие — как они могли меня настолько напугать одним своим видом? Почувствовав себя лучше, я встал и направился домой, чувствуя себя вконец вымотанным. Спал ночью плохо, но ничего подобного этому наваждению снова не испытал.

С того случая прошло шесть лет, но я до сих пор вспоминаю тот день с содроганием. Друзья, которым я рассказал, говорят, что у меня, наверное, резко нарушился какой-то гормональный баланс, и мозг стал «барахлить». Не знаю. Но не дай бог пережить такое снова: я ещё хорошо помню то ощущение бурлящего вокруг огромного уродливого столпотворения, населённого абсолютно чуждыми аляповатыми существами, и если я снова хотя бы на минуту увижу мир таким, то могу уже не выдержать.
Однажды два опытных кадровых охотника, привыкшие месяцами обитать в безлюдных местах, во время дальнего похода в леса вышли на небольшую поляну, где стояла заброшенная хижина. Хижина была ветхой и очень старой. Её явно строили как временное укрытие от погодных невзгод, и было удивительно, что она сохранилась на многие годы. Обрадовавшиеся шансу провести ночь под крышей охотники остановились в хижине. Внутри оказался голый топчан и низкий стол — оба грубые и наспех сколоченные.

Придвинув стол к единственному окну хижины, охотники поставили свою провизию на стол и стали ужинать. В какой-то момент один из них внезапно заметил, что за столом присутствует ещё один человек, кроме них. Худой донельзя, одетый в лохмотья и со впалыми блестящими глазами, он стоял с той стороны стола и жадно смотрел на хлеб с консервами, что ели прибывшие. У охотника отнялся язык. Он посмотрел на побледневшего товарища и понял, что неожиданный гость ему не мерещится. В полном молчании они доели свои порции, и всё это время тощий гость неотрывно смотрел на их скудную еду.

Покончив с ужином, охотники, не сговариваясь, взяли свои вещи и вышли из хижины. Уходя, один из них не удержался и посмотрел в окно снаружи: человек бездвижно стоял в сумраке внутри хижины, глядя на опустевший стол.

Охотники впоследствии предположили, что хижину мог построить какой-нибудь беглец или преступник, решивший скрываться в лесах от правосудия. Но дремучие края жестоки к тем, кто не привык в них выживать — судя по плачевной внешности призрака, наверняка несчастный умер от голода...