Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ЧТО ЭТО БЫЛО?»

Я даже сейчас не рассказываю об этом знакомым — боюсь оказаться непонятым.

Мне было 9 лет и я лежал в постели. Спать не хотелось, но было приказано. Я смотрел на потолок и видел на нем свет фар проезжающих машин. Так проходил час за часом. Сна не было. За стеной работал телевизор, потом умолк и он. Тишина. Было жарко, постель пропиталась потом. Машин уже не стало. И тут издалека донёсся глухой барабанный стук. Медленный, мерный, он приближался, становясь громче. Его уже нельзя было перепутать с биением сердца. К нему подключился… я не знаю, как описать этот звук… тихий стон десятков охрипших глоток, синхронный и меняющий модуляции. Я даже слов не могу подобрать, чтобы описать это. Помню, меня тогда испугала не странность ситуации, не сам этот глухой и мощный звук, а его синхронность, то, как идеально он вписывался в барабанный бой. В самом стоне не было боли или угрозы, горя или радости, он был чем-то вроде удара барабана, безжизненным инструментом.

Источник звука приближался. Помню, мне не было страшно, только любопытно. Я слез с кровати, встал на четвереньки и приподнял голову над подоконником, чтобы увидеть улицу. В темноте, освещенные только мигающим цветом желтых светофоров, шли люди. Я видел силуэты мужчин и женщин, они шли обыкновенно, словно днем вышли на прогулку. Была странность — они строго соблюдали порядок строя, несколько человек в ряд, на расстоянии около метра. Я не видел их лиц из окна. Людей было очень много, «гусеница» растянулась на всю площадь — я видел, как ее голова растворилась в темноте улицы Ленина, а хвост так и не увидел.

В соседней комнате проснулась мать. Она подбежала ко мне, стоящему у окна,схватила и повалила на пол, зажав мне рот. Именно тогда я испугался. Она лежала, шепча, обхватив меня, пока за окном стихали барабаны.

Мы так и не смогли заснуть той ночью. Утром она сходила к соседке, своей подруге. Вернулась через несколько часов и сказала, чтобы я никому не говорил о том, что видел или слышал этой ночью. Я спрашивал: «Что это было?» несколько раз, а она отделывалась от меня словами: «Вырастешь — поймешь», и сильно при этом нервничала. Когда я спросил ее об этом в последний раз, она побила меня, хотя до этого никогда не поднимала руку. Сейчас она делает вид, что ничего не было.

Я вырос. И до сих пор ничего не понял. Но с каждым годом вспоминать ту ночь мне становится все более некомфортно.
Историю рассказал мне дед в свое время. В середине 90-х годов в их деревню ночью внезапно завалился отряд солдат, причем все перепуганные просто до седин, с выпученными глазами и трясущимися руками. Потребовали самогона. Сам я присутствовал там в малосознательном возрасте, поэтому мало что помню — кажется, многие из наших подумали, что началась война. Когда солдат расспросили, что случилось, они рассказали следующее.

Солдаты остановились в глухом лесу переночевать (вроде учения какие-то были). Так вот, ночью из леса внезапно вышел человек весь в белом и направил на солдат пистолет. По нему, конечно, открыли огонь, даже не спрашивая — а ему хоть бы что. Один солдат подбежал и попытался прикладом огреть — «как по камню ударил», а пули, говорят, просто исчезали. Солдаты перепугались (естественно, от такого поворота событий даже взрослый мужик с оружием потеряет голову) — побросали все, затолкались в одну машину и ехали куда глаза глядят, пока не прибыли в нашу деревню. Пока ехали, говорили они, через лес за машиной бежали светящиеся белые то ли собаки, то ли волки...
В детстве я увлекался энтомологией. У меня были красивые книжки, я ловил разных жучков и долго находил их в определителе насекомых. Ходил и в энтомологические походы — сначала с папой, а когда чуть подрос, то начал ходить и в одиночку. В разные места — в основном за городом. В каждом месте были какие-то свои особенные жучки, но самое разнообразие я открыл в болотистом подлеске у реки. Стоило отодрать кору старого, трухлявого дерева, как оттуда вываливалась сотня-другая клопиков, куколок, короедов и, если повезёт, пара красавцев-усачей. А мне для счастья больше и не надо было. Поиски проходили по колено в грязи, так что я и не пытался сохранить какую-то часть своего тела чистой. Возвращался домой, ставил банки с добычей — и сразу под душ.

Когда мне было где-то 12 лет, я пошёл в очередной поход. Нашёл отличное дерево у дороги и принялся его обрабатывать. Раз в десять минут оторву кусок коры и собираю. Для удобства улёгся параллельно дереву в жижу и через щёлочку между стволом и землёй посматриваю на дорогу. За час проезжало, может, 2-3 машины и пара пешеходов. Тут слышу шаги — несколько человек. Два мужика здоровых — один просто большой и могучий, а второй просто нереальных размеров, непримечательная пожилая тётка, некрасивые мужчина и женщина средних лет, с ними девочка лет пятнадцати. Идут и по сторонам смотрят. Остановились метров через 30 от того места, где я залёг. Молча совершенно. Это мне показалось немного странным. И дружно, так же молча пошли в лес с противоположной мне стороны дороги. Все, кроме мужика, который просто большой, и некрасивой женщины. Я на них с минуту поглазел и продолжил заполнять баночки. Обработал участок и начал отдирать следующий кусок коры. Естественно, с жутко громким треском. Вдруг смотрю — те двое, что остались на дороге, повскакивали и начали смотреть в сторону леса с каменными лицами. Тут я уже испугался, забился поглубже под дерево и замолк. Через минуту где-то с той стороны вышла пожилая тётка в совершенно грязной одежде, они посмотрели друг на друга, и она вернулась в лес.

Пролежал я ещё минут 10 в страхе, а потом подъехал междугородний автобус, из него вышли люди и пошли в нашу сторону. Смеющиеся парень с девушкой болтали и держались за руки, дед в костюме и очень красивая девушка лет 18 на вид, с грудным ребёнком (у него вся голова была в зелёнке). Метров 100 они шли от остановки в нашу сторону и, когда уже почти поравнялись со здоровым мужиком и некрасивой тёткой, те вдруг накинулись на парня с девушкой и стали им зажимать рот или придушивать (это ко мне спиной, я не видел), а дед и девушка с грудничком помогали, заламывая им руки (тут у меня возникло стойкое ощущение нереальности происходящего). Всё совершенно слаженно и беззвучно. И никакого сопротивления — через 3 секунды после начала схватки их, слабо, но отчаянно мычащих, повели в лес к остальным. Как только они скрылись, я поймал момент и побежал домой.

Никакую милицию не стал вызывать — пока добрался до дома, прошло уже часа два, и мне казалось, что уже поздно. И родителям не стал ничего рассказывать. Кто бы поверил в существование преступной группировки с неизвестными целями, состоящей из детей, женщин и стариков?.. Я очень много и долго думал, правильно ли поступил, и мог ли им помочь и, мне кажется, что я поступил правильно и мог только сделать хуже себе.

Больше десяти лет прошло с тех пор, воспоминания притупились, я строил десятки теорий — от бытового преступления до масонского заговора, но недавно произошло кое-что, что перечеркнуло все мои логические построения, основанные на здравом смысле. Ехал я в маршрутке, читал книжку. Поднимаю глаза — а там сидит тот самый огромный мужик и красивая девушка. Всё ещё восемнадцатилетняя. С грудничком. У которого голова в зелёнке. Вышел на следующей же остановке. Мне страшно. Очень. Как под тем деревом в луже грязи.
Встречались с парнем два года. Он фотограф, и однажды решил устроить мне очередную фотосессию, причем в метро (у него всегда были разные идеи). И вот про один кадр он говорит: «Садись в поезд, а я через окно сфотографирую, как ты уезжаешь, потом встретимся на станции». Я села, вижу, он меня щелкнул, потом возвращаюсь на ту станцию назад... Его нет. Сначала решила, что мы друг друга не поняли и разминулись, но...

Мобильный у него был выключен, и этот номер уже не включался. Вечером я вылавливала его в интернете, его нигде не было. На следующий день поехала к нему домой — квартиру не открывают (он жил один). Друзей у него не было, только знакомые в интернете, все разводят руками. Его мать (87 лет) живет в деревне, я к ней с отцом на машине ездила, она говорит: «Не видела его с Нового года, да ходит где-нибудь небось». В милиции заявление не принимают, говорят, что он молодой человек, наверняка решил просто погулять где-то.

Живу в этом аду уже три месяца...
Как то вечером я пришел поздно после работы. Ну и решил не будить жену и маленького сына, лег спать в комнате матери. Она тогда как раз уехала к сестре на несколько дней. Очень быстро я заснул, что снилось мне, не помню, и спал я, видимо, недолго. Проснулся от прикосновения. Первое, что почувствовал, просыпаясь — что меня кто-то нежно ласкает, гладя рукой по моей шее. Это было неожиданно, но в то же время я не почувствовал себя тревожно, а тем более испуганно: прикосновения были знакомыми и даже родными. Я открыл глаза и увидел силуэт женщины с распущеными волосами, в белом платье. Спросонья подумал, что это моя жена, но, вглядевшись, я никак не мог различить черт лица женщины.

Чувство легкого шока и неожиданности навалилось на меня, я даже не смог произнести ни слова. Левой рукой я прикоснулся к руке женщины и понял, что это не моя жена. Вдруг от нежности не осталось и следа — очень резко она вцепилась руками мне в горло. Причем большими пальцами она давила на сонную артерию. Мне повезло: ей не удалось полностью замкнуть руки на моей шее. Большой палец левой руки я успел просунуть между ее пальцев, как тиски сдавливающих мое горло. Она была невероятно сильна и упорна. Я парень далеко не слабый, но почувствовал, что долго не смогу сопротивляться. Единственное, что мне удалось в результате ожесточеннной борьбы — это протиснуть еще большой палец правой руки через это кольцо удушения. Я понял, что еще чуть-чуть, и она просто сломает мне шею. Тошнотворно-сладкое отчаяние навалилось на меня, но всё равно, я решил не сдаваться.

Вдруг ее хватка ослабла, она отшатнулась от меня и растворилась во мраке. Тут я, видимо, отключился, но ненадолго. Очнувшись, я подскочил на кровати и почувствовал боль в шее и чувство дикого страха. Хотя я и взрослый мужик, но не смог остаться в комнате, где меня чуть не убили. Я пошел в комнату, где спали моя жена и сын. Открыв дверь, я увидел, как они мирно спят, и лег рядом с ними.

Потом неделю у меня болела шея именно в том месте, где давила пальцами эта ведьма, вот только до сих пор я не могу понять, что это было и с чем я столкнулся той ночью.
Как-то я пошёл гулять по улицам. Дойдя до Краскова, пошёл обратно и свернул на улицу Гоголя, по которой дошел до путей. Оттуда я прошёлся по полупустой дороге до Некрасовки, где решил дойти до своего дома (живу на окраине Люберец), срезав путь — через коллектор. Дальше метнулся в сторону некрасовской больницы, от которой направился вглубь дачного посёлка (или как это называется).

И тут-то началось самое странное: миновав стройку, я оказался в каком-то пустынном месте, разделенном забором, вдоль которого вились следы; в конце концов, мне пришлось пролезать под забор, и я еле-еле смог забраться на пригорок, после чего вновь оказался в ловушке — на второй коллектор не смог забраться, хоть он в этом месте и низенький. После этого я обратил внимание на следы, и мне чуть не стало плохо: следы были не собачьими, как мне казалось, а человеческими. Ступала босая нога, и, судя по размерам следов, детская. Следы поднимались на коллектор, и нигде не было прибитого снега, то есть, то, что взбиралось на насыпь, поднялось на неё с первого захода, нигде не упало и даже не хваталось руками за склон. Вдобавок, из-за самой насыпи слышались какие-то голоса, но когда я позвал на помощь (не хотелось оставаться в той самой ложбине надолго), никто не подошёл, а голоса стихли.

Я пошёл вдоль коллектора по целине, обращая внимание на следы. Такое чувство, что кто-то спустился туда с неба, потанцевал и вновь воспарил, так как следы были беспорядочны и порой обрывались посреди целины. Некоторые следы оставляли гораздо большие ноги, чем в первый раз, и иногда эти следы были с отпечатками четырёх, а не пяти пальцев. Что самое неприятное, так это то, что поблизости не было вообще ничего живого, даже птиц с собаками.

Когда я добрался до строящегося моста, то строитель, куривший неподалёку, очень удивился мне; сказал, что туда никто обычно не ходит, да и небезопасно это, и что вообще я ищу приключений на свою голову и т. п. Весь промёрзший, я всё-таки добрался до дома, но потом долго не мог выкинуть из головы те загадочные следы на снегу. Что бы это могло быть?
Прошлым летом отец попросил меня пожить на его квартире в новостройках, пока он будет в отпуске — ну, чтобы я цветы поливала, кормила кота и т. д. Я с собой туда же привезла еще свою собаку — ее тоже не с кем было оставить. Ну, так и жила некоторое время. Каждый день я выходила с собакой гулять где-то в половину двенадцатого. А тут еще рядом как раз был лесопарк, вот я с нею и ходила там.

Однажды я с нею шла вдоль шоссе, которое проходит мимо лесопарка, и на обочине, где уже нет асфальта, стояла газель. Это была такая самая обычная машина, которая уже очень долго не заводилась — ну такой обычный подснежник. Кузов был местами ржавый, колеса давно проколотые — короче, она там стояла и догнивала. Я эту газель уже и раньше видела. А сегодня просто моя собака — она такса, кстати — увидела там не то кошку, не то крысу и забежала прямо под машину. Мне ее оттуда было не вытащить за поводок-рулетку, и я нагнулась посмотреть, что она там делает. Ничего не увидев, я выпрямилась, и тут вдруг заметила внутри газели лицо. Прямо на меня смотрела девочка и очень весело улыбылась. Вообще, мне это не показалось удивительным, так как дети часто смеются, когда видят такс — они ведь забавные.

Я снова наклонилась и потянула собаку за поводок, она в ответ только рычала. Потом опять посмотрела на девочку, и теперь мне показалось, что она вовсе не сводит с меня глаз, и что она совсем не весело смотрит, а довольно злобно. Черные волосы у нее были растрепаны и еще, как мне показалось, плечи ничем не были прикрыты. На вид было ей лет около девяти. А потом я через стекло газели увидела, как она подняла руку, погрозила мне пальцем и прошипела довольно противным голосом: «СУКА!». Тут я будто оцепенела, но наконец-то увидела, что она с самого начала совсем не улыбалась — у нее просто не было губ, они были срезаны будто по контуру, и торчали одни только зубы, они даже, вроде, блестели. Развернувшись, я ломанулась назад, но моя собака остановилась как вкопанная и очень громко выла. Я пыталась бежать, но собака тянула меня назад, нужно было развернуться и взять ее на руки, но я боялась обернуться. Это было жутко. Не помню, как там все вышло, но, добежав до ближайшего магазина, я чуть успокоилась. Потом моя собака выла всю ночь. Может, нужно было позвонить ментам насчет этой газели?
Пошел мыться в ванную — зашел, разделся, залез в ванну. Конструкция санузла у нас такая, что ванная стоит прямо напротив двери. И вот я вижу, как дверная ручка (забавная такая ручка, с довольно тугой пружиной) начинает дергаться вверх-вниз, словно дверь кто-то пытается открыть кто-то с другой стороны. Пытается настойчиво и сильно, я даже сквозь шум душа услышал звуки дверного механизма и стук ручки. Я в квартире один уже два дня, родители уехали на дачу. Следовательно я точно был в квартире единственным обитателем. И вернуться с дачи они не могли, время уже совсем позднее было, далеко за полночь. В крайнем случае, хлопок железной входной двери я бы услышал точно.

Ручка дергается, а я тихонько отползаю в дальний конец ванны. У меня в голове нет никаких мыслей, кроме одной — «сиди тихо». Я даже душ не решился выключать. Ручка подергалась ещё минуту, потом прекратила. А я ещё некоторое время сидел в углу ванны со включенным душем, не смея даже глубоко вздохнуть. Может, я так сидел пятнадцать минут, может, два часа, часов при мне не было, но для меня это ожидание длилось пару вечностей. Наконец, я вылез из ванны, выключил душ, наспех вытерся и оделся. Аккуратно прислушался и затем вышел из ванны. Ничего. Пусто. Обошел всю квартиру, включил везде свет. Ничего и никого. Входная дверь все так же заперта.

Сейчас я я воздаю хвалу всем известным мне божествам, вне зависимости от того, верю ли я в них, за то, что имею привычку запирать дверь, когда моюсь, даже если я в квартире один. Иначе кто знает, что бы произошло...