Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ИСЧЕЗНОВЕНИЯ»

Смерть — это не тема для разговоров в приличном обществе. Таких тем сторонятся, опасаются, боятся. Почему? Читатель, думаю, ты знаешь ответ, и я просто повторю твои мысли — смерти боятся. Это один из самых великих страхов, которые может испытать человек. Представь себе, читатель, что всё, что ты видишь, когда-нибудь перестанет для тебя существовать. Никаких звуков, никаких запахов, никаких изображений — только абсолютная, чёрная пустота, пустота навсегда, на сотню миллионов вечностей. Мир перестанет существовать для нас в одно мгновение, но продолжит существовать для других, и это пугает ещё больше. Мы умрём, и нас подадут как главное блюдо на пиршестве могильных червей. Тело наше распадётся. Пройдут года, и о нашей могиле забудут. Бывал ли ты на кладбище? Видел ли ты эти покосившиеся кресты, на которых стёрлись имена, так что никто и не узнает, кто здесь лежит? Это будущее каждого из нас. Мы растворимся в небытии, будто нас не существовало никогда.

Естественно, о таких кошмарах никто не хочет знать. Большинство стремится отгородиться от смерти, избегая всего, что с ней связано. Патологоанатомы, гробовщики, старики — все они суть ходячие «Memento mori». Но люди забывают, что всё живущее достойно гибели, и наше умирание начинается ещё в момент нашего рождения. Человек занимается своими делами, живёт и наслаждается жизнью, даже не представляя, что над его головой уже занесён острый меч смерти.

Надеюсь, читатель простит мне моё словоблудие. Я никогда не мог рассказать о чём-нибудь без бессмысленной присказки. Собственно, рассказать я хочу о странном, если не безумном, событии, свидетелем которого мне пришлось стать.

Жил у нас в городе один молодой человек по имени Евгений. Он, да и его друзья, были из той среды, что называется «золотой молодёжью». Чем занимался отец этого молодого человека, я не помню, но был он довольно богат. Соответственно, все прихоти этого юноши удовлетворялись по одному его желанию.

Две недели назад этот юноша пропал вместе со своими друзьями. Обстоятельства его пропажи и составляют тот интересный случай, о котором я хочу рассказать, но вначале надо упомянуть об одном происшествии. Примерно за месяц до пропажи Евгения в подвале одного из домов был обнаружен скелет. Не знаю всех тонкостей этого дела, но мне точно известно, что по результатам работы следователей было установлено, чей это был скелет, и что погибший был знаком с Евгением. А смерть его наступила примерно в то же время, когда в этом доме Евгений снимал квартиру. Дело раскрыли быстро — в убийстве обвинили бомжа, что ошивался в том районе. Но вот что странно — мертвец не был ограблен. Зачем же тогда бомжу убивать человека?.. Что бы органы власти ни утверждали, все понимали, что реальным убийцей был Евгений, а избежал он наказания только благодаря деньгам отца.

Ну, а теперь я могу поведать свою историю. Я являюсь владельцем замечательного двухэтажного дома в пригороде. Стоит он на берегу озера, и место это весьма живописное. Сам я живу там редко, предпочитая городскую суету унылой деревенской атмосфере, поэтому сдаю этот дом в аренду. Примерно полгода назад я сдал этот дом Евгению. Он арендовал его всего на три дня, чтобы отпраздновать день рождения.

Через неделю после этого мне пришлось общаться с полицией, ибо они расследовали дело о пропаже двадцати человек — Евгения и его друзей. Полицейские хотели осмотреть дом, который я сдал Евгению, да и пообщаться со мной — когда я его последний раз и видел, о чём мы говорили и тому подобное. Я сказал им, что единственное, что показалось мне странным во время осмотра моего дома — огромное количество пыли в зале. К сожалению — или к счастью, — я как-то не сразу вспомнил, что в моём загородном доме стоят скрытые камеры. Простая предосторожность — хотя кому-то это покажется паранойей или извращением. Когда я вспомнил о камерах, то не сразу побежал сообщать об этом в полицию. Взяв записи, я решил сначала сам посмотреть их.

Камеры работали со дня заключения аренды, так что я перемотал их на день приезда Евгения и стал наблюдать. Вначале всё было, как обычно — компания отправилась на озеро, потом веселилась во дворе, но дождь заставил их всех уйти в дом, где они стали, коротко говоря, предаваться порокам. Калигула покраснел бы со стыда, увидев то, что эти люди устроили в моём доме. Я не стал наблюдать за всем тем, что они творили, и включил перемотку, сдерживая желание отмыть весь дом.

Неожиданно я увидел, что на записи с камеры в зале произошло что-то необычное. Все начали суетиться, и я, перемотав обратно, стал смотреть за происшедшим. Кто-то танцевал, кто-то пил, а кто-то, разойдясь по тёмным углам, оставлял следы любви на моих стенах.

Вдруг все резко повернулись в одну сторону, и в поле видения камеры вбежала девушка. Было видно, что она чем-то напугана. Камера не передаёт звука, поэтому я мог только смотреть.

Девушка стала что-то нервно рассказывать. Затем несколько парней (каждый размером с порядочный шкаф) вышли из зала. Прошло десять минут. Вдруг видеозапись прервалась на несколько секунд, а затем возобновилась так резко, что я не сразу осознал, что я вижу. Я не мог включить своё мышление и как-то оценить то, что видел. Я мог лишь смотреть в монитор, не моргая.

На записи было видно, как веселящиеся люди превратились в перепуганных загнанных жертв. Все они ютились по углам, прижимаясь друг к другу и растягивая рты в вопле ужаса.

До сих пор с трудом верю в то, что я увидел. Но камера не может врать — в центре зала стоял оживший скелет. Я видел, как его череп, словно лампа маяка, двигается из стороны в сторону, будто он осматривал всех собравшихся.

Затем он подошёл к Евгению и стиснул его шею в своей костлявой руке. Никто вокруг не воспрепятствовал живому мертвецу — все лишь в ужасе наблюдали за этой сценой. Скелет удерживал горло Евгения, пока его тело не перестало дёргаться. Затем он отпустил его, и тело свалилось на пол и рассыпалось в прах. Вновь видеозапись прервалась на секунду, а когда возобновилась, я увидел, как все гости этой злосчастной вечеринки стали заживо разлагаться и превращаться в живые скелеты.

Безумие этого зрелища заключалось в том, что никто больше не ютился по углам от ужаса. Все гости пустились в сумасшедший танец, кружась и разбрасывая вокруг гниющие куски мяса. Все они, ещё минуту назад молодые и полные жизни, превращались в ходячую мертвечину.

Это фантасмагорическое зрелище длилось несколько минут, после чего все скелеты, словно по чьему-то повелению, упали и рассыпавшись в прах. Тогда я понял, что это была за пыль.

Остался только один скелет — главный гость этого бала смерти. Когда всё окончилось, он спокойно покинул мой дом.

В ужасе я уничтожил все записи и постарался забыть обо всём этом. Но недавно я был вынужден вновь вспомнить о них — в новостях передавали, что на одном из кладбищ в нашем городе была осквернена могила. Мертвец был выкопан, и его кости положены на могилу сверху. Могила эта принадлежала убитому Евгением человеку.
Это началось в моем детстве, когда мне было лет десять. Моя улица расположена на окраине поселка, рядом с полем и лесами. Мы с друзьями всегда любили гулять на том поле — там много интересных и загадочных мест. И вот шли мы как-то туда с подругой. Дорога пролегала на окраине поля — по одну сторону были густые кусты, растущие в канаве с грязной водой, а по другую — поле. Идем мы, идем, я смотрю — лежат какие-то вещи на дороге. Подошли, смотрим: большая пластмассовая кукла с кудрявыми светлыми волосами, вся грязная, смотрит одним глазом.

Я взял ее в руки вертикально — открылся и второй глаз. А первый не закрывался, как бы я ее не вертел. Даже когда пробовал силой закрыть его, глаз не закрывался и пронзительно смотрел на меня. Было довольно неприятно. Рядом на земле лежала поломанная и расплющенная грязная маленькая коляска для кукол, а рядом с ней... череп. Похожий на собачий (щенка, наверное), без нижней челюсти.

Решили мы выбросить эту противную куклу. Я взял ее за волосы и швырнул что есть сил в сторону кустов. Она упала посреди них и шлепнулась в грязную воду. Череп я выбросил в противоположную сторону, а коляску оттянул и швырнул на обочину. Мы пошли дальше, обсуждая находку — придумали ей имя, нафантазировали о ней всяких историй, а по возвращению домой рассказали остальным друзьям.

На следующий день со мной пошли двое друзей, чтобы я показал то место. По дороге туда мне в какой-то момент показалось, что в кустах промелькнули чьи-то светлые волосы. Я списал это на воображение, но потом увидел то же самое еще раз. Когда, наконец, мы пришли, я все показал и рассказал, но не смог найти куклу.

Через несколько дней бесследно пропал любимый пес одной из моих подруг. Вскоре пропал породистый кот у еще одной. Исчезновения мелких животных продолжались с перерывами около года. У меня лично пропала кошка, а потом котенок.

За это время мы еще много раз ходили на то поле, замечали там странные вещи. Там же мы много раз находили отдельные кости — скелеты и черепа животных, разбросанные по полю. Один раз в кустах нашли большую собаку с дыркой в животе. А однажды я шел по дороге с той самой подругой, с которой мы нашли ту чертову куклу. Вдруг она прошептала мне: «Бежим!». Мы сорвались с места, а уже дома она сказала, что увидела куклу, стоящую среди поля и смотрящую в нашу сторону.

Еще один случай мне особенно неприятно вспоминать. Я гулял по полю и угодил ногой в ямку. Там, на дне, было что-то мягкое. Присмотревшись, я увидел, что это кусок собачьего туловища — задние лапы, таз, хвост и часть брюха. И сама ямка была явно недавно кем-то вырыта.

Спустя примерно год исчезновения прекратились. Вскоре после этого летним днем я нашел ту самую куклу в поле. Лежала она в метрах ста от того места, где я ее бросил в кусты. Лицо и туловище были почти полностью расплавлены, как будто куклу кто-то жёг. Зато руки, ноги и волосы остались почти невредимы.
Ниже приводится запись текстовых сообщений с телефона между девушкой по имени Джейн и её парнем Генри. Парень был немым, поэтому они не могли разговаривать по телефону обычным способом и использовали текстовый чат.

------

2006/06/05 23:35
Джейн: Ты ещё не спишь?

2006/06/05 23:36
Генри: Что случилось?

2006/06/05 23:38
Джейн: Я в метро. Я заснула и пропустила свою остановку.

2006/06/05 23:40
Генри: Выйди на следующей станции и пересядь в другой поезд.

2006/06/05 23:41
Джейн: Странная вещь. Я жду уже двадцать минут, а поезд не останавливается.

2006/06/05 23:43
Генри: Ну, когда-то же он должен остановиться.

2006/06/05 23:43
Джейн: Надеюсь, ты прав.

2006/06/05 23:44
Генри: Может, ты села не на свою ветку?

2006/06/05 23:45
Джейн: Нет, это та самая ветка, по которой я всегда езжу.

2006/06/05 23:46
Генри: С тобой кто-то ещё есть в поезде?

2006/06/05 23:47
Джейн: Нет, я совсем одна. Другие вагоны пусты. Мне немного страшно.

2006/06/05 23:47
Генри: Дойди до первого вагона и постарайся поговорить с машинистом.

2006/06/05 23:47
Джейн: OK.

2006/06/05 23:48
Генри: Спроси его, когда будет следующая станция.

2006/06/05 23:53
Джейн: Окно в кабине машиниста затемнено. Я не могу его увидеть.

2006/06/05 23:55
Генри: Попробуй постучать.

2006/06/05 23:56
Джейн: Я постучала, никто не ответил.

2006/06/05 23:57
Генри: Это странно.

2006/06/05 23:59
Джейн: Поезд замедляется. Похоже, мы сейчас остановимся.

2006/06/05 23:59
Генри: Хорошо.

2006/06/06 00:00
Джейн: Мы остановились на станции. Мне выйти?

2006/06/06 00:00
Генри: Конечно, выходи.

2006/06/06 00:02
Джейн: OK. Я вышла. Я на платформе. Я не знаю эту станцию.

2006/06/06 00:03
Генри: Я приеду и заберу тебя. Скажи название станции, я найду её по карте.

2006/06/06 00:04
Джейн: У этой станции нет названия.

2006/06/06 00:04
Генри: Да брось. Название должно быть.

2006/06/06 00:05
Джейн: Я не вижу никаких названий.

2006/06/06 00:05
Генри: Там нет никаких знаков?

2006/06/06 00:06
Джейн: На всех них просто написано «Станция метро».

2006/06/06 00:06
Генри: Как насчет расписания?

2006/06/06 00:07
Джейн: Ничего нет. Я в любом случае не смогу уехать обратно. Все поезда прекращают движение в полночь.

2006/06/06 00:08
Генри: А на стене нет электронного табло? На нём должно быть название станции.

2006/06/06 00:10
Джейн: На стенах ничего нет.

2006/06/06 00:10
Генри: Ну, тогда просто поднимись вверх по эскалатору и посмотри, есть ли там какая-то вывеска и т. п.

2006/06/06 00:10
Джейн: OK.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
История эта случилась года четыре назад или даже чуть больше, и вспомнила я о ней совершенно случайно. Сейчас расскажу, почему.

Я тогда работала секретарем в офисе одной известной международной компании. Работа была очень насыщенная, трудная, но интересная. Смена секретаря начиналась в восемь утра, заканчивалась в восемь вечера. Нужно было отвечать на звонки, сортировать почту и посылки, заказывать билеты и такси для сотрудников. Звучит просто, но на деле это постоянные звонки телефонов (более 350 звонков за смену), общение с иностранными коллегами на языке, который они считают английским, много бумажной работы. Проще говоря, посторонними делами там не позанимаешься.

Спокойно было только в районе восьми утра, когда я только приходила на работу. В это время в офисе, кроме меня, находился только охранник, несколько коллег, работающих с Дальним Востоком, и уборщица Галя. Раньше Галя приходила работать вечерами, но в то время многие сотрудники еще работали, ведь в Европе и Америке гораздо позже наступает вечер. Галю попросили приходить утром не потому, что всем было сложно поднять ноги, когда она моет пол, и не потому, что кого-то смущал вид ее рабочего халата, нет. Галя ужасно сквернословила.

Я по утрам часто наблюдала картину, как она перемещается по особняку с пылесосом, дергая его за собой и матеря на все лады. Как-то я пришла раньше и застала ее в прихожей. Галя пылесосила ковролин и не слышала меня.

— Вот паскуда, опять щетку сбрасывает! Да как же ты зае...л меня, урод! — она с ненавистью пнула агрегат, и тот выключился, — Ах ты, с-сука!

— Привет, Галь, — я протиснулась мимо нее к своему рабочему месту, — Что, не слушается он тебя?

— Не поверишь, Надюшка, он как будто издевается надо мной! — Галя села на банкетку и вытерла лоб. — Никогда я такого не встречала! Щетку сбрасывает, мешки рвет, цепляется за все углы, по ровному полу ехать не хочет, а потом вдруг как наедет прямо на ноги! Вот если б не знала, что это просто прибор, решила бы, что собака дурная, ей-богу!

— Наверное, неудачная модель, — посочувствовала я. — Скажи мне, кто в офисе?

— Директор здесь, бухгалтер, Наташа Рябова и Саня Бобров, кажется. Больше я не видела никого.

— Спасибо, — я отметила сотрудников в ежедневном списке и включила телефонные аппараты, один из которых тут же затрезвонил.

Я сняла трубку, а Галя уже проходила внутрь, пиная злосчастный пылесос перед собой; прежде чем скрыться в коридоре, она помахала мне. Было примерно без пяти минут восемь.

День прошел быстро, как и всегда. Беготни по этажам достаточно, и бумаг, и звонков — я обедать-то не всегда успевала. Как-то в очередной раз пробегая мимо курилки, я остановилась от оклика ассистентки директора, Ольги.

— Надя, скажи пожалуйста, Галя сегодня приходила?

— Да, приходила. Я видела ее утром. А что такое?

— Да что-то она у меня мусор не вынесла. Там посылки приходили, полное ведро упаковок.

— Забыла, наверное?

— Да, похоже. Ну ладно, беги.

Около шести часов вечера позвонил муж Гали, Егор. Оказывается, она не вернулась домой со второй работы, и когда Егор туда позвонил, ему сказали, что сегодня Галя не приходила. Он очень волновался. Когда Егор рассказывал это, я все пыталась вспомнить, когда ушла от нас Галя. Обычно уход и приход сотрудников фиксируется в списке, но уборщица, как и курьер и охранник, в число отмечающихся не входили. Могла я не заметить, как она вышла?.. После разговора с Егором я поставила телефоны на паузу и пошла по этажам. Может быть, Гале стало плохо, и она упала где-нибудь в подсобке? Или с ней случилось еще что-то неприятное и нужна помощь?

Первый этаж — бухгалтерия, кухня, столовая, конференц-зал, кабинет IT, два туалета, кладовка — пусто и убрано. Второй этаж — коридоры, кабинеты сотрудников, самая людная часть офиса — тоже ничего подозрительного. Мансарда — кабинеты наших «неформалов», общающихся с прессой и волонтерами, архитектор сайта, фотографы и прочие. Здесь было много стенных шкафов и кладовок, оставшихся после ремонта чердака, и чаще всего там лежали всякие вещи для презентаций, выездных мероприятий и прочий волшебный хлам. В подсобке с красной лампой, где фотографы проявляли пленки со старых камер, я нашла пылесос. Он стоял прямо посреди комнатушки, словно Галя забыла его убрать. Рядом лежала горка мусора, и когда я осветила ее фонарем, мне стало не по себе. Погнутые очки — очень похожие на те, что носила Галя, — грязный носовой платок, часы, одна сережка и пучок волос. Больше я ничего не нашла, да и милиция, появившись через пару дней, тоже. Нас всех допрашивали, меня особенно, потому что оказалось, что я общалась с Галей последняя. Никто ничего не имел против нее, работала она хорошо, не воровала. Не знаю, как закрывали ее дело, нам уже не сообщали, конечно.

Через пару недель взяли новую уборщицу, пожилую, Раису Сергеевну. Я помню, что вздрогнула, когда застала ее в коридоре с разъемом провода пылесоса в руке.

— Не включается что-то, — растерянно произнесла она. — Что за непослушная машина, все время у него что-то не так! — она укоризненно потыкала агрегат носком туфли.

Спустя пару месяцев я уволилась и про это не вспоминала очень долго, до сегодняшнего дня. А сегодня что-то ностальгия накрыла, зашла на сайт своей бывшей работы, а там в разделе вакансий было объявление: «Требуется уборщица».
История рассказана мне знакомым, живущим в довольно крупной деревне Владимирской области. Деревня подвымерла с 80-х годов; население, в основном, люди в возрасте, многие дома пустуют, некоторые стоят безлюдными уже больше двадцати лет. Среди них был дом с «нехорошей» славой — последние постоянные квартиранты оставили его еще в конце перестройки. Это была молодая женщина с двумя детьми, которая уехала в город после того, как ее муж погиб при странных обстоятельствах на железной дороге недалеко от села. Машинист поезда, под который он попал, рассказал, что ночью увидел в свете фар человека, медленно идущего по путям спиной к поезду. На сигнал он не реагировал.

Дом с тех пор пустовал, но ветшал неохотно, возможно, поэтому в середине 90-х его выбрал в качестве временного пристанища приезжий мужик, желавший открыть в деревне магазин. Открыть его, правда, не успел — через пять дней после заселения он, ни слова не сказав строителям, ремонтирующим местное «сельпо», неожиданно рано утром уехал восвояси, и в деревне его больше не видели. Спустя пару лет, местный забулдыга, засидевшийся в гостях у собутыльника, возвращаясь домой мимо этого дома, якобы видел в окне заброшенного дома свет. В общем, странности за домом водились. Но это была только присказка.

Сама история произошла 5-6 лет назад. В деревню в начале лета приехала компания молодежи, четыре человека, владимирские. Приехали отдохнуть от городской суеты, развеяться после учебы. Их выбор пал как раз на тот самый дом, причем словоохотливые местные их хотели отговорить, но как только речь зашла о мистике, это только утвердило ребят в их выборе, потому что отдых в деревне — хорошо, а в деревне с потусторонним по соседству — вдвойне веселее, да и не приняли они все всерьез, естественно. Шутливо объявили бабкам, что они еще и спиритический сеанс проведут, заселились. Пили они, конечно, как кони — сделали кассу местному достроенному-таки магазину. До утра дома не утихала музыка и горел свет. Так продолжалось три дня. На четвертый культурная программа их вечера изменилась — решили, видимо, и правда пощекотать себе нервы. Помимо горячительных напитков, они купили еще и свечи. К половине двенадцатого музыка стихла, свет в окнах погас. Собственно, ничего больше и не происходило.

К полудню, в отличие от предыдущих дней, на улице они не появились. Вечером в магазин не пришли. Особого значения этому никто не придал — может, дела у них в городе появились, и съехали они. Разбираться не стали, дом обыскивать желающих не нашлось. Жители уже было и думать про них забыли, как через три недели приехали родственники двоих ребят с милицией. Показали им дом, где остановились парни, рассказали все, что знали. Милиционеры с родственниками пошли в дом. Там нашли дорожные сумки, документы, деньги, непочатые бутылки, заплесневевшую еду, даже мобильный телефон. Ни тел, ни крови, ни следов борьбы — ничего больше. Допросили жителей соседних домов, продавщицу магазина, билетного кассира на станции — ничего. Даже проверили местный водоем — с тем же результатом.

Исчезли парни, как будто испарились. Пополнили длинные списки пропавших без вести. Милиционеры мистику в расчет не берут — на их веку и при более странных обстоятельствах люди пропадают. А вспомнил и рассказал мне эту историю приятель вот почему — пару месяцев назад он увидел в окнах этого дома свет. При этом «был трезв, как сволочь», по его же словам.
«Живи себе спокойно и не суй свой нос, куда не надо» — по такому принципу я старался строить свою жизнь. Мне не нужно было ничего необычного, нестандартного — лишь тихое, спокойное существование. Я считал, что это правильно.

У меня был друг по имени Витя, который никогда со мной в этом не соглашался. Мы были знакомы с детства, и сколько его помню, ему всегда нужно было что-то новое, интересное, необычное. Всегда он влезал во всякие авантюры и создавал разные безумные идеи. Помню, когда нам было по десять лет, он загорелся идеей построить ядерный реактор. Хвала небесам, ядерное топливо не так просто достать — иначе бы он построил, это точно!

Ядерный реактор не был самой безумной его идеей. По крайней мере, это не вызвало никаких последствий, в отличие от его последней химеры.

Мы сидели у меня дома вечером и распивали только что купленную бутылку вина (уже и не помню, по какому поводу). Сделав глоток, Витя как-то странно стал разглядывать бокал, после чего сказал:

— Как ты думаешь, как выглядит этот бокал?

Задавать странные вопросы — это отличительная черта Вити, так что я не удивился, услышав такой вопрос.

— Ну… он прозрачный и стеклянный.

— Нет, я не об этом! Какой он на самом деле?

— Э-э… прозрачный?

— Ты не понимаешь! Прозрачным это мы его видим, но быть он может совсем другим. Я тут прочитал одну книжку…

«Я тут прочитал одну книжку…» — эта фраза предвещала долгое запутанное объяснение новой сумасшедшей идеи, снизошедшей в черепушку моего друга.

— … по биологии, там в одной из глав говорилось, что некоторые виды птиц видят всё вокруг только в определённых цветах.

— И?

— Ты разве не понимаешь??Их восприятие уже, чем наше, но то, что наше восприятие шире, не значит, что оно всеобъёмлюще. Ведь мы не слышим ультразвук, не видим ультрафиолетовый свет, рентгеновские лучи, и кто знает, сколько ещё существует того, что недоступно нашему зрению, слуху и осязанию? Может, мы вообще ощущаем мир совершенно не таким, как он есть. Наши ощущения — это лишь отражение реального мира, а отражение может искажаться. Наш слух — это превращённая в нервные импульсы вибрация воздуха, а зрение — превращенный в импульсы свет! Мир, что мы видим — это иллюзия нашего сознания, за которой лежит объективный реальный мир!

Я не был пьян, когда слушал эту тираду, но всё равно практически ничего из неё не понял. Думаю, она бы звучала для меня разумней, будь я упившимся в зюзю. Я посоветовал Вите почитать что-нибудь из философии или психологии, если это его так интересует, когда провожал его.

Через пару дней после этого я зашёл к Вите, который попросил меня разобраться с его компьютером. В обращении с компьютером мой друг был похож на средневекового крестьянина. Я бы не удивился, если бы в ответ на выскочившее окно ошибки «Windows» он начал бы поливать монитор святой водой с криком: «Я изгоняю тебя, бес!». Идея освоить компьютер, к сожалению, никогда не приходила ему в голову, поэтому за помощью он всегда обращался ко мне.

Когда я пришёл к нему, то чуть не свалился в обморок от удивления, потому что в его гостиной практически до потолка были навалены целые башни книг.

— Ты подрабатываешь в библиотеке? — сказал я, осматривая горы книг.

— Нет, просто последовал твоему совету и решил немного почитать о восприятии.

«Немного?!».

Я осмотрел книги. К моему удивлению, там не было книг по психологии или философии — здесь были только эзотерические сочинения. Кипой были навалены книги Алистера Кроули, Папюса, Элифаса Леви, Карлоса Кастанеды, ещё каких-то авторов с невыговариваемыми именами, чёрт возьми, да Витя достал где-то даже сочинения Парацельса!

— Решил поступить в Хогвартс? — в шутку спросил я.

Витя улыбнулся и сказал:

— Нет. Я начал с книг по философии, а потом даже не заметил, как держал в руках какой-то оккультный фолиант. Знаешь, в нашей городской библиотеке есть столько всего интересного!

— Не сомневаюсь.

Быстро разобравшись с Витиной проблемой (тот случайно переустановил браузер и не понимал, почему у него «интернет поменялся»), я пошёл домой.

Я не верил во всякую мистическую чепуху и думал, что, прочитав пару-тройку эзотерических книг, Витя успокоится, но я ошибся.

Неделю спустя около одиннадцати часов вечера у меня зазвонил телефон. Звонила Лиза — девушка Вити.

— Да? — сказал я, снимая трубку.

Заплаканный голос Лизы потребовал моего прихода. Она сказала, что с Витей что-то не так. Несмотря на поздний час, я отправился домой к Вите. Мы жили всего в десяти минутах ходьбы друг от друга.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
Первоисточник: www.mystical-stories.ru

Недавно со мной произошел странный случай. Около полуночи я пошла гулять с собакой. Всегда хожу так поздно, чтобы не было никого — собака бывает любопытной, а люди боятся её. Зашли за школу, выл ветер, погода стояла неприятная, почти пурга. Шли вдоль низкого забора, а вдоль него с той стороны росли деревья — аллея тянулась метрах в пяти от меня. И я увидела, что по аллее идет мужчина в тёмной куртке и в шапке — в общем, самая обычная одежда. Я обернулась к собаке, чтобы придержать её, и увидела, что она тоже смотрит на него. И тут, почти поравнявшись с нами, мужчина зашел за очередное дерево и... исчез. Я была шокирована, собака же стояла, не шевелясь. Подошли поближе к тому месту, перелезли через забор, обошли дерево — пусто! И тут внезапно моя сторожевая, которая далеко не из пугливых, так и ломанулась домой — я еле успела поводок схватить. А ведь обычно её домой не загонишь... И вот что же это было?
Первоисточник: 4stor.ru

Автор: XoTc

Эта история произошла в моём районе. Не уверен, найдёте ли вы в ней что-то интересное, но всё же постараюсь разбудить хоть какой-то интерес. Рассказываю я как один из тех, кому эта история была поведана мужем моей сестры. Случай произошел в 2007 году.

Моих родителей часто не бывает дома — ночные смены и всё такое. После гуляний домой я возвращаюсь, как и большинство нашей молодежи, часика в три ночи, бывает, в два. Как-то раз, когда я вернулся около двух, во мне заиграло жгучее желание пощекотать себе нервы. Смотреть ужастики — банально, надоело, вот и решил поискать чего-то «неординарного». Сначала смотрел на «YouTube» известные всем «файлы смерти»: признаться, изрядно испугался. Как стало уж слишком — решил почитать истории. Ух, сколько всего: и ведьмы, и трупы, и маньяки. Начитался так, что в пятой точке засвербило, пробивая до дрожи в коленках. Тут моя манера покурить сыграла со мной злую шутку. Вылезать из квартиры страшновато, особенно после всех страстей, которых я начитался. Но ведь я храбрец — выполз на лавочку возле подъезда в одних трусах. Опасаясь каждого шороха, достал сигареты и стал наслаждаться «раковой палочкой».

Вечер был холодный — середина осени, как-никак. Воздух был влажный из-за того, что периодически капал дождик. Ветер тоже далеко не летний — от такого часто появляется желание быстрей нырнуть под одеяло, да посмотреть фильм какой-то. Меня, надо сказать, настораживало то, что в районе моём «обносят» квартиры: вроде цыгане, а так — кто знает. Думаю, вы представили картину: холодная осенняя ночь, и я в трусах возле подъезда. Сижу, курю, дрожу, да в телефон «втыкаю» (кстати, телефон был новенький, на стройке заработал на него).

И тут произошел ряд происшествий.

Уже докуривая, я обнаружил при свете вечерних ламп два силуэта, быстрым шагом направляющиеся ко мне. Сначала стало стыдно — трусы-то старые были. А потом подумал: «А чего мне стыдиться? Я возле своего подъезда». Уж лучше бы я тогда от стыда ушёл быстро в квартиру... Приближающимися оказались два хулигана. Определил по спортивным костюмам, которые ещё во времена Ленина носили и кепкам — я бы такой и подтереться постеснялся. Прозучало банальное: «Закурить не найдётся?» — и всё такое. Я уже приготовился получить в лицо, да тут это и случилось...

Для начала объясню, что на двери моего подъезда нет цифрового замка. Дверь я оставил приоткрытой (даже не знаю, почему). Плюс я живу на втором этаже этой старой многоэтажки. В общем, в дверь вошла кошка — и тут же раздался её визг, будто ей оторвали хвост. Один из парней обернулся со словами: «Там кто-то есть».

Эх, молодость моя... да ракетная скорость летания в подъезд, не видя преград. Залетев, я понял, что я болван, оставивший ключ от квартиры на скамейке. Остановившись на площадке между первым и вторым этажами, я ждал моих «друзей». Но тут услышал: «Он в подвал побежал!». Ах да! Сразу при входе, повернув направо, можно увидеть подвал, где часто один из моих соседей исполняет задание по уничтожению «плана». Тут-то я и подумал, что закрыть их там будет весьма справедливо. А утром выпущу. Тут я услышал, как один поджигает спички, а второй кричит: «Выходи! А то мы спустимся!». Моя улыбка растянулось на все лицо. Быстро спустившись вниз, я увидел, что они уже далеко внизу, захлопнул дверь и поставил палку в качестве замка. Гордо вышел из подъезда, возле лавочки подобрав ключи. Встал возле двери, ведущей вниз, чтобы ещё немного поглумиться: те что-то орали мне, а я лишь посмеялся. Вдруг снизу перестали доноситься угрозы, зато раздался крик. Один из парней начал кричать: «Выпусти нас, прошу! Что это такое?!».

«Банальный развод», — подумал я и решил оставить их там. Войдя в квартиру, я не чувствовал себя виноватым — наоборот, ощущал гордость. Думал, усну как младенец, но сон не шел. Покрутившись часика полтора, решил выпустить парней. Оделся и вышел — палка так и была там, где я её впихнул. Однако странным был тот факт, что криков и вообще каких-либо звуков не было. Я подумал, что уснули ребятки. Вытянув палку и сделав её своим оружием, я вышел на улицу и снова закурил. И тут меня осенило: дверь подвала, когда я вылезал в трусах, была закрыта. А когда убегал — она уже была открыта. Бросил сигарету, вошел и открыл дверь. Внизу никого не было. Я крикнул: «Эй, выходите!» — ещё надеясь, что они спрятались в самом низу. Тишина стояла гробовая. И только тогда я услышал внизу звук, как будто кто-то чавкает. Больше я не мог терпеть и побежал в квартиру. Закрывшись, просидел до утра. Утром позвонил другу и рассказал о ночной истории. Вместе спустившись в подвал, мы не обнаружили никого. Я подумал, что кто-то возвращался домой и выпустил парней. Уже выходя, ногой зацепился за что-то. Наклонившись, ужаснулся — это была часть кепки одного из парней...

Что же всё-таки случилось и почему дверь в подвал была открытой — я не знаю. Возможно, те два парня спасли мне жизнь... И — да, я до сих пор искренне надеюсь, что их выпустили той ночью.
Помню, в 1961 году я первый раз в жизни летел на самолете. И так повезло, что сразу же попал на реактивный — на «ТУ-104». По нынешним меркам, это весьма устаревшая машина, но тогда считался великим достижением конструкторской мысли. Весь советский народ гордился этим самолетом. Так вот, место мне досталось в середине салона у самого прохода, так что в иллюминатор были видны лишь облака. Моему соседу — статному мужчине средних лет с ромбиком МГУ на пиджаке — повезло больше: он при желании и на землю мог посмотреть, если небо под нами было чистым.

Надо сказать, что салон был достаточно тесным, и когда сидящему рядом со мной человеку нужно было выйти, мне приходилось поджимать ноги и втискиваться в кресло. То есть пройти мимо меня незамеченным он не мог, даже если бы я заснул.

Полет наш длился пять часов, и часть его проходила в темноте. Большинство пассажиров задремало, и вдруг мой спутник толкнул меня локтем и стал тыкать пальцем в иллюминатор. Я сбросил с себя дремоту и начал вглядываться в сумерки за бортом. Оказалось, что там параллельным курсом на расстоянии примерно в километр двигается какой-то странный аппарат. Я в авиации не особо разбирался, но все равно понял, что это не самолет. Какое-то перевернутое светящееся «блюдце». Мы обсудили увиденное, но никому из нас даже в голову не пришло, что эта машина может иметь инопланетное происхождение. Сошлись во мнении, что стали свидетелями полета засекреченного летательного аппарата.

Смотреть на него долго было утомительно и не особо интересно, и мы снова занялись своими делами — мой сосед разгадывал кроссворд, а я опять погрузился в полусонное состояние и не заметил, как полностью заснул.

Проснулся я от криков, которые раздавались вокруг. Посмотрел направо, где сидел выпускник МГУ, и обнаружил пустое кресло. Тряхнул головой, чтобы отогнать остатки сна, и, наконец разобрал, о чем вопит народ. В основном, голосили женщины, которые не могли понять, куда делись их мужья. Дескать, они мирно спали, а когда проснулись, их уже не было. По проходу бегали стюардессы и тщетно пытались унять панику. Но обезумевшие дамы повскакивали со своих мест и бросились в кабину пилотов, требуя посадить самолет. Потом они побежали обратно, потому что из носового отсека вышел командир корабля и потребовал, чтобы все успокоились и сели. Сказал, что самолет идет на аварийную посадку, и что на земле разберутся с тем, что здесь произошло.

Властный голос пилота отрезвил паникеров, и они сидели в своих креслах и лишь тихонько всхлипывали. Стюардессы провели перепись оставшихся пассажиров и на всякий случай обыскали весь самолет. Вскоре мы уже садились на военный аэродром.

На земле нам пришлось просидеть в закрытом самолете еще три часа, прежде чем мы смогли выйти на свежий воздух. В иллюминатор я видел, как летное поле постепенно окружают машины различных служб, выставляют оцепление, разворачивают штаб. После того, как появились люди в погонах, нас начали по одному выпускать и допрашивать. Я рассказал о том, что видел летающее «блюдце», о том, как заснул, и что было, когда проснулся. После этого дал подписку о неразглашении, и меня вместе с остальными отвезли в небольшую гостиницу. Там мы пробыли двое суток, в течение которых я еще не раз общался со следователями, и, наконец, нас отправили в Красноярск, который и был конечным пунктом того злополучного полета.

Сколько я потом ни читал газет, никакой информации о происшествии, к которому я имел отношение, так и не нашел. К счастью, больше меня по этому поводу не беспокоили, но и распространяться о тех странных событиях я тоже опасался. Только сейчас, когда уже полвека прошло, я думаю, что уже не пострадаю за откровенность.
Я задержался в Туле, но опоздать я не хотел, поэтому вместо привычной маршрутки до юга Москвы выбрал электричку.

Был ноябрьский вечер, причем будничный. И народу в вагоне было на удивление мало. Я сел в восьмой вагон, на одну из свободных скамеек, ближе к окну. Лицом в сторону движения. До Москвы из Тулы ехать примерно три с половиной часа, мне до этого приходилось кататься на такой электричке. Я уже не маленький мальчик, поэтому насчёт длинного пути не расстраивался, воткнул наушники и закутавшись в куртку начал дремать. Мерный стук колёс, тёплый свет. Вечереющая Россия за окном и мягкие мелодии медленно убаюкивали меня.

Альбом, что я включил и слушал, состоит из 10 песен в среднем по четыре минуты. Когда я почувствовал «это», шла восьмая песня. В полудреме я узнал песню и приоткрыл глаза. Свет из тускловато-желтого стал белым, как у ламп дневного света. Я не придал этому значения и лишь поёжился холодку, который забирался за шиворот. Я, как и прежде, сидел один на своей лавке, попутчиков было немного, и я обратил внимание, что не все из них были со мной с отправления — часть «туляков», что сели со мной, куда-то ушла. Новые попутчики, казалось, не придавали необычной пустоте вагона никакого значения. Я поковырялся в плеере и поставил в список воспроизведения следующий альбом. Он в целом длится минут пятьдесят. Вновь укутавшись и расслабившись, я попытался задремать. Дальше, периодически просыпаясь, я замечал, как из вагона в тамбур уходят испуганные «туляки». Несколько раз меня будил шум хлопающих дверей, и я замечал обеспокоенные лица моих «оригинальных» попутчиков, убегающих в соседний вагон. Но музыка играла, куртка грела, и я вновь впадал в сладкую дрёму, пока на окончании последней песни второго альбома, через полтора часа после посадки в электричку, я не проснулся. Причём, как ни банально, резко. Дремота и зыбкость восприятия исчезли в секунду. Я поёжился, продираемый сильным холодом. За окном было темно. Свет, не греющий, а такой же холодный, как и сквозняк в вагоне, освещал вагон хорошо. И только теперь, по-цыплячьи вытянув шею, я осмотрелся вокруг.

Первое, что я заметил: в вагоне ни одного оригинального попутчика, что сели со мной в Туле. Лишь пришлые. Я легко их отличил, потому что туляки были одеты, как подобает жителям крупного самодостаточного областного центра. Окружающие попутчики сели явно на промежуточных остановках. И мужчины, и женщины были одеты в тёмных цветов одежды без каких-либо лейблов или опознавательных знаков абсолютно. Второе: все они улыбались. Неестественно, не как обычные люди. Улыбка была странной, необычной. Ни такая, как после хорошей шутки или после тёплых воспоминаний где-то в уме. Нет. Даже не хитрая ухмылка. Создавалось впечатление, будто весь вагон (я насчитал 11 человек) решил улыбаться без всякой причины. Они просто корчили улыбающиеся лица. Я поёжился, выключил плеер и несколько минут вглядывался в окно. Глухой лес — хотя периодически на такой оживленной линии должны встречаться селения. Я вглядывался на протяжении десяти минут. Ничего. Лес. Глухой. А когда была последняя остановка? Я не мог вспомнить, когда мы останавливались в последний раз, и уж тем более — когда вошли все те люди, с которыми я сидел в этом вагоне.

Белый свет неприятно резал глаза. Я вытер выступившие слёзы, обернулся и понял, что сижу не один: напротив меня на краю противоположной скамьи сидел парень и улыбался. Всё бы ничего, но смотрел он прямо мне в глаза. Мне сперва, как скептику, показалось, что это очередной сельский «бык», которому захотелось попугать городского. Я громко хмыкнул и, расправившись на скамье, воззрился на него в ответ. Но это не сработало, и очень скоро я ежился от страха. Парень не реагировал на меня. Он так же, не мигая, улыбался и смотрел. Я хмыкал, грозно морщил брови, подмигивал, но это не работало. Вообще. Он смотрел и улыбался. Я спросил: «Что надо?». Парень молча смотрел на меня. Я поднял голову и заметил, что все, кто был в вагоне, стягиваются к нам. Ко мне. Толпа попутчиков в тёмном собиралась ближе. Причём их перемещений я не видел. Отвлекаясь на смотрящего в упор парня, я не успевал заметить движения. Вот женщина в очках за три ряда позади меня... а вот за два ряда... а теперь за один. Я испугался и вновь смахнул набежавшие из-за яркого света слёзы. Стряхнув влагу с глаз, я огляделся и вскрикнул. Вокруг нас сидели ВСЕ «тёмные» пассажиры. А парень... парень улыбался сильнее. Я видел его зубы, и мне они не понравились. Я дрожал. Это были острые клыки — причём все его зубы были клыками. Они составляли идеальный прикус — один клык на один. Вокруг сидели остальные — я почему-то подумал, что они все заодно.

Вдруг в дверь впереди, громко свистя в свисток, вошёл контролёр. Попутчики резко обернулись и, как мне показалось, сузили глаза. Контролёр крикнул: «Сюда, парень, ты, в красной куртке — да вставай уже и беги сюда!». Я, не раздумывая, побежал к нему. Он стоял в тамбуре, придерживая дверь. Свет слепил глаза, но я почти наощупь добежал до тамбура. Оббежав его, я ужаснулся: вся компания стояла позади скользящих дверей, а парень уже не улыбался. Он зло шевелил челюстью, будто грызя самого себя за зубы. Компания позади него, казалось, жутко злилась — их брови искривились, а губы сжались в ненавидящем оскале. Контролёр снова дёрнул меня и втащил в переход между вагонами. Когда я попал туда, мне внезапно поплохело, голова закружилась, а на виски начало давить.

«Всё в порядке, успокойся. На вот, воды выпей», — поднимая меня с пола, сказал мой спаситель. Я осмотрелся — я уже был в другом вагоне. Рядом стояло несколько курильщиков, они удивленно смотрели на меня, поднимающегося с пола. Контролёр вручил мне бутылку воды и велел идти за ним. Я, радуясь спасению непонятно от чего, шёл по вагонам следом за ним. Обычные люди, кое-где толкучка, блики деревень и крупных городов за окнами, тёплый жёлтый свет... Дойдя до головы поезда, мы прошли в небольшую комнату, в которой контролёр мне попытался всё разъяснить.

«Ты сам-то как? А то, бывает, те, кого успеваем вытащить, того... умом трогаются. Нормально скажи хоть что-то!.. Вопросы, всегда вопросы... А вот и чай, выпей. Я на этой линии уже пять лет, и раз в полгода кого-то затягивает — чаще всего тех, кто засыпает и не обращает внимания на вагон и на всё вокруг. Обычно-то люди сами понимают, что дело другой оборот принимает... Не знаю я, почему именно, парень! Просто так бывает. Я, когда пришёл сюда, тоже думал, что надо мной подшучивают, а потом сам наткнулся — иду по поезду и вдруг вагон какой-то... не такой. Тогда меня самого чуть не затянуло. А чёрт его знает, как спасся... Потом вроде получалось спасти таких, как ты, забытых. Умные-то сами в другой вагон уходят, как увидят этих попутчиков... Да не видно, когда они появляются! И вагон этот — странная история с ним. Вроде есть, а вроде и нет. Как из ниоткуда. Лишний восьмой. А потом пропадает с такими, как ты, внутри. В прошлом году я не успел. Сидел молодой парень, как ты, за ноутбуком. Работал, что ли... Не заметил, как окружили. Ты-то ещё цел оказался. А он на одной скамье с этим, что зубы скалит. Прямо в толпе. Я и крикнуть не успел, как всё исчезло вместе с парнем и этими людьми. И вагон обычный стал — без этого света, пассажиры, селения за окнами, а не лес. Спрашивай не спрашивай — не знаю, что это. Ты, главное, парень, шум не поднимай, нам и без шума хлопот хватает. Сейчас они чаще появляются».

Примерно так звучал полумонолог контролёра. Я выслушал, но больше ответов не получил, да и сам он немного знал. Выходит, что где-то на путях в поезд вклинивается лишний вагон с попутчиками, причём появляются они не сразу, а медленно, словно из ниоткуда. Постепенно большая часть людей со страхом сбегает в соседние, пока в вагоне не остаются новые попутчики и жертва — а затем щёлк, и нет вагона. Вместе с жертвой.

Я был изрядно напуган, но прошло время, и я начал искать ответы на вопросы. В свободные дни я регулярно в одно и тоже время начал ездить на электричке по этому пути — туда и обратно. А позже, когда зародились первые подозрения — уже в любое время, на всех рейсах.

А теперь читай внимательно — НИКОГДА НЕ СПИ В ЭЛЕКТРИЧКАХ. Никогда не отвлекайся ни на что. И если свет стал бледно-белым, если за окнами густой лес, беги из вагона. Уходи, если рядом с тобой сел улыбающийся незнакомец. Уходи туда, где люди. Они делают так каждый раз. Каждый раз. Контролер ошибается — такое случается КАЖДЫЙ РЕЙС. Часто они остаются ни с чем. Но они выходят на охоту всегда. Всегда. Когда-нибудь ты почувствуешь неладное, взглянув на сидящую рядом с тобой странно улыбающуюся женщину. Прошу тебя, убегая из вагона, захвати с собой тех, кто не замечает, спаси их.

Я встречаюсь с ними почти всегда. Иногда я вывожу кого-нибудь под случайным предлогом, иногда мне приходится силой вытаскивать тех, кто не видит происходящего, а иногда я не успеваю. Но я устал — я пробовал предпринять что-нибудь, но ничего не работает. Если стрелять в них, всё мигает, а вагон становится обычным. Очень сложно объяснить, почему ты стоишь в тамбуре с дымящимся пистолетом в руке. Молитвы не работают, святая вода тоже. Я устал кататься туда-сюда, стараясь понять, что это. Пропавшие люди — их просто не находят нигде. Я пробовал фотографировать вагон, но на фото он обычный. Я пробовал заговорить с ними, но они лишь улыбаются. Я пробовал ждать, следить за ними, но сладкая дремота, несмотря на литры кофе, чуть не убила меня. Я снова оказался в ситуации, подобной первому разу. Но в этот раз я сам успел сбежать, прежде чем они пересели поближе.

Я не могу продолжать. У меня есть работа, должна быть личная жизнь, а я трачу свободное время, катаясь из Тулы в Москву и обратно. Я перерыл всю историю и вагонов, и линии, и мест, и пассажиров — ничего! Пусто. Ни намёка. Я просто не знаю, что это, кто они. И я сдаюсь — я пишу это, чтобы ты, конкретно ты, смог что-то сделать. Я устал. Не знаю, происходит ли это на других линиях. Но самое страшное, что недавно у них появилось пополнение: у одной из попутчиц я увидел на руках годовалого ребёнка. Он ещё только учится улыбаться.