Предложение: редактирование историй

Истории с меткой «ЖЕСТЬ»

Когда-то я услышал следующую фразу: «Для каждого охотника найдется свой охотник». Так вот, это оказалось и вправду так...

Чем я зарабатываю деньги, неважно. Скажем, я работаю в банковской сфере. По большому счету, деньги только дают возможности, так что не имеет значения, чем их зарабатывать.

Думаю, что у каждого человека должен быть смысл жизни, какое-то занятие, ради которого стоит жить. Одной из особенностей моего «хобби» является анонимность. В данный момент я пишу этот пост, используя «Тор» и веб-прокси. Мое хобби — охота, но охотиться на животных — не мое. Моя добыча — люди.

Первоначально я оставлял после себя следы. Да и сейчас оставляю, не всегда можно скрыть факт охоты. Скажем, в списках пропавших без вести, неопознанных трупов, жертв несчастных случаев или немотивированных разбойных нападений есть мой скромный вклад. Правда, правоохранительные органы не разглашают сведения о серийных убийствах, так что приходится только гадать, сколько мне подобных ходят округ. Смотря назад, я понимаю, что мои поступки и мысли ненормальны, но сожалений не испытываю. Я помню азарт и ощущение напряжения на охоте — из-за них, видимо, я это и делал. Ну, и из-за детских травм, конечно. Но не буду утомлять читателей рассказами о своей «счастливой» жизни.

Должно быть, к этому моменту вы испытываете ко мне отвращение. Тогда известие о том, что, скорее всего, мне самому осталось недолго, вас обрадует.

Подобное познается подобным. Когда ты выходишь на улицу, зная, что где-то там находится твоя жертва и в определенном месте и времени ваши пути пересекутся, восприятие мира меняется. В свое время для меня стало удивительным открытием то, что люди очень невнимательны к окружающим. Когда-то я прошел через толпу с руками, испачканными в крови. Никто не заметил. Люди не хотят видеть то, что их пугает. Когда тебя спрашивают тебя, а не нож ли у вас в руках, и ты отвечаешь, что нет, не нож, они до последнего пытаются не замечать очевидного. Начав охотиться, я стал замечать мелкие детали в людях, на которые раньше не обращал внимания. «Бонусом» к хобби стало понимание окружающих и наблюдательность. Этот «бонус» и привел меня к событию, в результате которого я сейчас заперся в своей «крепости», планируя свой, может быть, последний ход.

Обычная встреча на улице может изменить вашу жизнь. Я плохой человек, но пусть это будет рекомендацией моим словам. Я предупреждаю вас, что рядом с нами существуют куда более жуткие твари, чем серийные убийцы. Даже если эта история покажется вам неправдоподобной, будьте внимательны и контролируйте свои чувства, если вдруг столкнетесь с чем-то подобным.

Во время совершенно рядовой прогулки мне встретился странный человек. Большинство людей не отдает себе отчета в оценке встречных людей, они даже не замечают их. Попробуйте вспомнить лицо только что прошедшего мимо вас человека — получилось? А полминуты спустя? Я же замечаю все. Этот был другой. На людной улице только я один заметил, как какой-то оборванец держит нелепый костыль, как оружие. Люди проходили мимо, но я это заметил. Да и костыль не был похож на ортопедическое изделие — никогда не видел костыля с заостренной двусторонней рукоятью. Мужчина неопределенного возраста, вид, как у сильно потасканного бомжа — спутанные волосы, грязная одежда, сморщенное лицо, на лице «заплатка» из пластыря вместо носа, такая нашлепка на поллица. Он поймал мой взгляд и уставился в ответ с неожиданной злобой.

Обычно я планирую охоту, собираю сведения о добыче, местах, где он или она появляется. Охотиться следует на тех, на кого это делать интересно. Разбить молотком голову служащему из соседнего отдела, встретив его в подъезде в ночь с пятницы на субботу после пьянки — это скучно. Найти кого-то, достойного твоего внимания — вот что действительно доставляет удовольствие. И этот «бомж» показался мне интересным.

Сначала «вести» его было несложно: людная субботняя улица, цель движется не быстро и не пользуется транспортом. Потом мой «подопечный» забрел в часть города с малоэтажными постройками, где были старые частные дома. Я держал дистанцию, он вряд ли мог меня заметить. Так он и зашел в тот дом. Даже сейчас я не буду говорить о городе, где это происходит, и, уж тем более о конкретных местах. На всякий случай.

Я стал следить за этим домом. До того, как мой «знакомый» вышел из него, я насчитал еще двух столь же отвратных «бомжей», входивших в этот адрес. В последующие дни выяснилось, что их там не менее пяти. Периодически туда заходили другие люмпены. К сожалению, сейчас я вынужден признать, что в этот момент я и «прокололся»: я не считал, сколько выходит. Смешно, но факт: я слишком расслабился, а это первая причина провала. Хотя какие гарантии того, что, убравшись оттуда, я что-то смог бы изменить? Собственно, все было довольно обыденно до того момента, когда я «сел на хвост» своей добыче с заклеенным носом, которая отправилась на вечернюю прогулку. Поздний зимний вечер, странный и омерзительный трофей — самое время для охоты. Я запасся розочкой из бутылки, учитывая специфику «цели». Никого бы не заинтересовал бомж, найденный с перерезанным разбитой бутылкой горлом.

Выбирая удобный момент, я заметил, что «мой» бомж ведет себя необычно. Это было удивительно — он сам шел за каким-то человеком, будто охотился за ним. Мне стало чертовски любопытно, что же он собирается делать. Злобный бомж — так себе добыча, бомж-разбойник — куда более интересно. Охота закончилась в одном из пустых домов панельных многоэтажек. Мужик, за которым шел мой оборванец, свернул за угол, подопечный — за ним, а когда я вошел во двор, их уже не было. Зашли в подъезд? Вы бы пустили за собой мерзкого незнакомого люмпена? Шума борьбы или ругани не было слышно. Затем я заметил следы, характерные темные пятнышки, цепочка которых тянулась ко входу в подвал. Который был открыт, хотя обычно они заперты. Я достал фонарик. Пятнышки были красного цвета, а спускаться в подвал я не стал, потому что заметил краем глаза движение в глубине двора. Потушив фонарик, я присмотрелся и заметил еще одного люмпена, который раньше стоял неподвижно, а теперь начал двигаться. Очевидно, что он видел свет фонарика. В стороне от него была еще одна фигура. Я охочусь всегда один, поэтому массовые засады не устраиваю, но часто размышляю об этом на случай, если мной займутся правоохранительные органы. Бомжи перекрыли все выходы из двора и находились на достаточном расстоянии от всех подъездов, чтобы перехватить посетителя. Собственно, сейчас тот дворик я оцениваю как очень хорошую ловушку, выбраться из которой очень непросто.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
Весь 2005 год я проработал стажером на «Nickelodeon Studios», чтобы повысить свой уровень в мультипликации. Естественно, большую часть практики мне не оплачивали, но я получал льготы в образовании. Для взрослых это может и не значить ничего особенного, но любой подросток того времени наизнанку вывернулся бы ради такого. С тех пор, как я начал работать непосредственно с редакторами и аниматорами, я получил прямой доступ к еще не вышедшим эпизодам.

В это время как раз был закончен полнометражный фильм по «Губке Бобу». Как сказали зрителям, на него ушла вся креативность, поэтому новый сезон мультсериала вышел позже, чем планировалось. В действительности же задержка произошла по более печальным причинам: была странная проблема с первыми сериями, и она затормозила всё и вся на несколько месяцев. Об этом и пойдёт речь ниже.

Я и два других стажера были в редакторской студии вместе с ведущими аниматорами и звуковыми редакторами и собирались работать над последней редакцией серии. В тот день мы должны были получить копию эпизода «Боязнь крабсбургера» («Fear of a Krabby Patty») и собрались вокруг экрана, чтобы посмотреть его. Пока серия не приняла окончательный вид, аниматоры часто вставляют в неё забавные надписи, что-то вроде профессиональной шутки. Например, обычные надписи заменяются на непристойные, вроде «Как секс не работает» («How sex doesn't work») вместо «Рок двустворчатых» («Rock-a-by-Bivalve») в серии, где Губка Боб и Патрик усыновляют морской гребешок. Ничего особо смешного — просто приколы на работе.

Поэтому, когда мы увидели название «Самоубийство Сквидварда», мы решили, что это не более чем подобная шутка. Один из стажеров издал смешок. Как всегда, играла веселая музыка. Сюжет начинался с упражнений Сквидварда на кларнете, как обычно, со множеством фальшивых нот. Снаружи слышится смех Губки Боба, Сквидвард перестает упражняться и вопит ему, чтобы тот вёл себя потише, потому что этой ночью концерт и ему нужно тренироваться. Боб соглашается и вместе с Патриком идет проведать Сэнди. Появляется экран с пузырьками, и мы видим окончание концерта Сквидварда.

С этого момента началось что-то подозрительное. Пока Сквидвард играет, некоторые кадры повторяются, в отличие от звука (в этом месте звук синхронизирован с анимацией, так что это необычно), но когда он перестает играть, звук заканчивается так, будто скачков и не было. Слышен легкий гул публики, затем она начинает освистывать его. Не так, как обычно в мультиках — в освистывании можно ясно различить ненависть. Мы видим Сквидварда крупным планом, он явно боится. Кадр переключается на публику с Губкой Бобом в центре. Он тоже освистывает Сквидварда, что на него не похоже. Хотя это не самое странное. Странно то, что у всех слишком реалистичные глаза. Очень детально вырисованные. Не фото настоящих человеческих глаз, но нечто более реальное, чем компьютерное изображение. Зрачки были красными. Мы озадаченно посмотрели друг на друга, но, так как мы не сценаристы, то не стали задаваться вопросом о том, можно ли это смотреть детям.

Далее кадр переключается на Сквидварда, который сидит на краю кровати и выглядит очень несчастным. Из окна-иллюминатора видно ночное небо, так что после концерта прошло немного времени. Тревожит в этом месте отсутствие звука. Его буквально нет. Не слышно даже фонового шума динамиков, будто они выключены, хотя индикатор показывал, что они исправно работают. Сквидвард просто сидел там, моргая, в тишине примерно полминуты, потом начал тихо всхлипывать. Он закрыл руками (щупальцами) глаза и тихо плакал еще целую минуту, и в это время фоновый звук очень медленно нарастал от неслышного до едва слышного. Звук напоминал лёгкий лесной ветерок.

Картинка стала медленно приближаться к лицу Сквидварда. Говоря «медленно», я имею в виду, что кадры с разницей появления меньше чем в 10 секунд были неотличимы друг от друга. Всхлипы становятся громче, в них слышно больше боли и злости. Экран на пару секунд немного вздрагивает, будто закручивается вокруг центра, потом возвращается в нормальное состояние. Звук лесного ветерка медленно становится громче и настойчивее, как если бы где-то вот-вот разразится шторм. Он становится жутким, а всхлипы Сквидварда звучат так реально, что кажется, будто они доносятся не из динамиков — словно вместо динамиков дыры, и звук доносится с другой стороны. Какого бы хорошего качества звук ни производился в студии, для создания звука такого качества в ней просто не было оборудования. За звуками ветра всхлипов было очень слабо слышно что-то, похожее на смех. Он появлялся странными отрывками и ни разу не длился больше секунды, так что было сложно уловить его (мы просмотрели этот эпизод дважды, так что у меня было время поразмыслить над этим). Через 30 секунд экран затемнился, сильно вздрогнул, что-то вспыхнуло, как если бы один кадр был удален. Ведущий мультипликационный редактор нажал паузу и прокрутил покадрово.

То, что мы увидели, было ужасно. Это было фото ребёнка не старше 6 лет. Его лицо было в крови и синяках, один глаз лопнул и свисал с запрокинутого лица. Мальчик был раздет до нижнего белья, его живот был грубо разрезан, и внутренности лежали рядом с ним. Он сам лежал на каком-то тротуаре, скорее всего, на улице. Самым жутким было то, что на фото была видна тень фотографа. Не было пометок криминалистов — по ракурсу съемки было понятно, что снимок был сделан не простым очевидцем. Похоже, фотограф был причастен к смерти ребёнка. Конечно, мы были шокированы, но не прекратили просмотр, надеясь, что это была просто жестокая шутка. Экран показал Сквидварда в половину роста, всхлипывающего громче, чем раньше. Из его глаз по лицу текла кровь. Она тоже была сделана слишком реалистично — казалось, до нее можно дотронуться и почувствовать на пальцах. Ветер превратился в лесной ураган, слышен был даже треск веток. Смех глубоким баритоном длился дольше и появлялся чаще.

Примерно через 20 секунд экран опять дернулся: проскочил один кадр. Редактору не хотелось перематывать назад, как и всем нам, но он знал, что должен это сделать. На этот раз появилось фото маленькой девочки не старше первого ребёнка. Она лежала на животе, рядом в луже крови лежали её заколки. Её левый глаз тоже лопнул и вывалился, на ней не было ничего, кроме трусиков. Её внутренности были вынуты через грубый разрез на спине и лежали на ней. Тело опять было на улице, была видна тень фотографа, по форме и размеру очень похожая на предыдущую. Я подавил рвотный позыв. Один стажер, единственная девушка в комнате, выбежала.

Серия продолжилась. Примерно через пять секунд после фото Сквидвард замолчал, затихли все звуки, как это было в начале этой части серии. Он опустил щупальца. Его глаза были слишком реалистичными, как у других персонажей в начале серии. Они были налиты кровью, пульсировали и кровоточили. Он просто смотрел на экран, будто наблюдал за зрителем. Где-то через 10 секунд он начал всхлипывать, уже не закрывая глаза щупальцами. Звук был пронзительным и громким. Самым страшным элементом в нем были всхлипы, смешанные с криками. Слезы и кровь ручьем лились по его лицу. Вернулся звук ветра и глубокий смех, появилось еще одно фото — в этот раз оно показывалось добрых пять кадров. Редактор остановил на четвертом и прокрутил назад.

Сейчас на снимке был мальчик примерно того же возраста, но сама сцена была другой. Внутренности были вынуты из живота и накручены на большую ладонь фотографа, правый глаз лопнул и свисал вниз, по нему тонкой струйкой текла кровь. Мультипликатор переключил на следующий кадр. Он только чуть отличался от предыдущего, то же самое было и со следующим кадром. Мультипликатор переключил на первый кадр и прокрутил все сразу, и я не выдержал — меня стошнило на пол. У мультипликационного и звукового редакторов перехватило дыхание: пять кадров не были пятью разными фотографиями — похоже, это были кадры из видео. Мы видели, как рука медленно поднимает внутренности, как глаза ребёнка фокусируются на них, на последних двух кадрах мальчик даже начинал моргать.

Ведущий звуковой редактор велел нам остановить видео, потому что ему нужно позвонить разработчику, чтобы тот приехал и посмотрел на это. Мистер Хилленбург приехал примерно через 15 минут. Он был озадачен тем, что его вызвали сюда, так что редактор просто снял видео с паузы. Когда эти несколько кадров закончились, все крики и звуки опять прекратились. Лицо Сквидварда было взято крупным планом, он просто смотрел на зрителя примерно три секунды. Кадр быстро исчез, тот же глубокий голос произнес: «Сделай это». Мы увидели в руках Сквидварда дробовик. Он немедленно вложил ружье себе в рот и спустил курок. Реалистичная кровь и мозги разбрызгиваются по стене и кровати за ним, и тело с силой летит назад. Последние пять секунд эпизода его тело лежит на своей стороне кровати, один глаз свисает с того, что осталось от головы, на пол и безучастно смотрит вниз. Эпизод заканчивается.

Мистер Хилленбург, само собой, был в ярости. Он потребовал объяснить, что за чертовщина происходит. Большинство людей к этому моменту уже покинули комнату, так что только немногие из нас остались посмотреть эпизод во второй раз. После повторного просмотра весь эпизод твердо запечатлелся в моей памяти и послужил причиной моих страшных ночных кошмаров. Я жалею о том, что остался.

Единственное предположение, которое мы могли выдвинуть, заключалось в том, что кто-то отредактировал файл на пути от художественной студии до этого помещения. Мы вызвали технического редактора, чтобы он выяснил, когда это произошло. Анализ файла показал, что был отредактирован новый материал. Тем не менее, временная отметка показывала время всего на 24 секунды раньше, чем то, когда мы начали смотреть видео. Всё использовавшееся оборудование, включая технику и программное обеспечение, было иностранным — возможно, временная отметка сбилась и показывала неправильное время, но все остальное было исправно. До сих пор ни мы, ни кто-либо другой не знает, что произошло. Было проведено расследование касательно природы фотографий, но оно ни к чему не привело. Дети не были опознаны, в данных и на фото не было ни косвенных, ни прямых улик, которые могли бы помочь в этом.
Автор: Warrior

Учусь я в одном из полувоенизированных учебных заведений нашей страны. Не буду вдаваться в подробности — школа милиции это, училище МЧС или же военный институт — не суть важно. Важно лишь то, что ВУЗ наш является режимным объектом, то есть огражден забором, имеет КПП, внутри института несут службу наряд-патрули, караул, дневальные и т. д. И в силу нашей военной направленности мы часто имеем дело с боевым огнестрельным оружием различного вида и назначений, в том числе и с пистолетами. Специально для стрельбы из данного оружия у нас на территории института оборудован стрелковый тир — длинное и узкое помещение, находящееся на полуподвальном уровне одного из учебных корпусов. Стоит сказать, что тир этот — длинное, примерно метров в 120 помещение, разделенное на три части: учебный класс, преподавательская и, собственно, сам тир на 60 метров.

Тир оборудован давно — лет 30 назад, и с тех пор немало ребят, учившихся у нас, по разным причинам подносили ствол пистолета к виску, вместо того чтобы направить его в мишень, и — сами понимаете... Немало ходило слухов и рассказов — из-за чего стрелялись, как вылетали мозги через выходное отверстие, как становились заиками те, кто стоял в этот момент рядом и так далее. Ребята, делавшие ремонт летом в тире, задерживались в нем допоздна, а иногда даже ночевали — за это они имели шанс беспроигрышно сдать сессию — преподаватели-огневики умели договариваться с другими преподавателями. И вот иногда после тех ночевок они рассказывали, что будто ночью кто-то воду в преподавательской из крана пьёт — именно пьёт, а не просто кран подтекает. Были и прочие выдумки не выше уровня страшилок про черного пионера, которым пугали детей в пионерлагерях. Я, как человек, не верящий в духов, мистику и прочую ерунду, которая выходит за рамки объяснимого, посмеивался над такими байками — но до поры до времени…

Как я уже говорил, внутри ВУЗа несется наряд-патруль, суть его — просто ходить по определенному маршруту и прислушиваться, не лезет ли вражина иностранная через забор и присматривать, не воруют ли патроны на складах вооружения. Маршрут патрулирования проходил и мимо окон этого тира. Ходили посменно в три смены — два часа ходим, четыре отдыхаем, в смене два человека. В ту ночь я заступил с одним из моих лучших друзей (назовем его Дима, кому какое дело тут до его имени). Ходили мы в смене с часу до трех ночи — не самое холодное время для зимы, и спать не так охота. Заступили, ходили по маршруту, как всегда, смеялись, обсуждали девушек, планировали, куда пойдем пить на выходные, и прочее — надо же было чем-то время занять. Прошли два круга, оставалось еще два. Мы пошли на третий круг, предварительно посидев пару минут на курилке, чтобы поправить броню и автоматы. Прошли мимо складов, столовой, автопарка — все было тихо и мирно, ВУЗ спал, фонари мирно покачивались от легкого ветерка — не пронизывающего, а какого-то нежно-приободряющего. Впереди показался учебный корпус. Мы прибавили шагу, ибо на повороте к нему ветер в любую погоду снег в глаза бросал. Минуя поворот, мы пошли вдоль тира, к его спящим окнам.

В этот момент послышался щелчок — вырубился свет. Надо было вновь идти к этому ветреному повороту и включать рубильник освещения. Возвращаться не хотелось никому и мы, поспорив на «камень-ножницы-бумага», определили, что идет Дима. Он скрылся в темноте — были слышны лишь поскрипывания его шагов по снегу. Я остался в кромешной темноте и от нечего делать решил достать телефон и глянуть на время. Сунул руку в карман ватников, вытянул телефон, а он неуклюже выскользнул из рук и упал чуть позади меня. Я обернулся лицом к окнам учебного класса тира, чтобы поднять телефон... и онемел. Свет в тире горел — причем горел не так, как горят обычные лампы. Он горел, но не освещал ничего, кроме самого класса и людей, сидящих за партами. Какие люди в половину третьего ночи??? Я присмотрелся — у четверых из них было снесено полголовы выстрелом. Это были те самые, кто стрелялся в тире, уходя от проблем. Там же, рядом с ними, сидели наши преподаватели, но они были моложе лет на двадцать и были примерно моего возраста. Учащиеся сидели и смотрели на лектора — точнее, на тело в форме, без головы и шеи — вместо них были только рваные куски шейных мышц. Все присутствовавшие застыли в единой позе и смотрели на безголового, не шевелясь, не моргая, не дыша. И внезапно все как по команде мгновенно повернули головы в мою сторону и открыли рты. Через рты людей, у которых отсутствовали задние стенки черепов, можно было видеть их насквозь, словно они картонки с дырами...

Секунда — и все исчезло: свет, люди, безголовый преподаватель. Все это жуткое зрелище длилось всего секунд десять. Я стоял неподвижно пару секунд, потом, забыв про свой телефон, побежал туда, куда пошел Дима — к рубильнику. Дрожащим от ужаса голосом кричал: «Димон, Димон!». Я не видел ничего, пару раз спотыкался и падал. Почти добежав до угла, я услышал выстрел и свалился с ног от неожиданности. По рации закричал дежурный — кто стрелял, где находитесь? Я не смог найти в снегу выпавшую рацию, да и не искал его особо. На четвереньках я пополз к углу, где должен был быть Дима. А он лежал там с вырванным из головы куском — выстрелил себе в глаз.

Дальше не помню ничего — от перенапряжения, видимо, потерял сознание. Очнулся в госпитале, сначала подумал, что все было сном. Но это был не сон. И я уверен — теперь и Дима сидит в тире с теми людьми за одной партой и слушает безголового преподавателя…
Мало кто задумывался над тем, что может происходить в подвальных помещениях городских больниц. «Как что? Морги же там!» — скажете вы. Или складские помещения. А может, там проводятся безумные, противные природе опыты над людьми? «Ха, да такое же бывает только в кино!» — будет ваш ответ. Но если посмотреть с другой стороны, не снимают ли эти фильмы для того, чтобы честные граждане только и думали, что всякого рода доктора Франкенштейны не более, чем фантазия?

Нужно быть оставленными всеми богами, чтобы думать, что наука и государство способны отказаться от тех благ, что могут принести так называемые «противозаконные» опыты. Само собой разумеется, что никто открыто об этом не заявит, а этот ужасный факт будут всячески скрывать. Для честного человека это будет звучать отвратительно — как можно использовать людей против их воли ради каких-то научных целей? Ещё старик Кант сказал: «относись к человеку всегда только как к цели, и никогда как к средству».

Я не хочу выступить с оправданием людей, проводящих подобные опыты, просто замечу, что крупные прорывы в медицине после Второй Мировой войны были в тех странах, которые сумели завладеть медицинскими исследованиями нацистов. В Союзе подобные опыты, кстати, тоже проводились. Все видели отвратную полнометражку «Секретных материалов», что вышла в две тысячи восьмом? Поясню, там злодеями были доктора, подпольно проводившие пересадки голов. А все ли знают, что подобные эксперименты проводились ещё в шестидесятых в Советском Союзе? Имени доктора я уже не помню, но суть была в том, что он пересадил голову щенка его матери. Животное прожило несколько часов, после чего скончалось. В правительстве тогда эти опыты не приняли всерьёз — доктор покончил с собой, а исследованиями завладели американцы. Вот они сумели пересадить обезьянью голову, а где удались опыты на обезьяне, там скоро повторят эти же опыты на человеке.

Ей-богу, мне страшно представить, как такие опыты проводятся на нашей Родине! И говорит во мне не моральное чувство, а ужас перед безалаберностью русских людей. Вспоминается история с одной больницей, в которой медицинские отходы выбрасывали прямо на свалку — ошмётки кожи, мышц, куски пищеводов, желудков, сердца — всё это ели бездомные собаки, а потом, привыкнув ко вкусу человеченки, стали нападать на людей. Не удивлюсь, если из тайных лабораторий случались побеги «экспериментального материала» — какие-нибудь гибриды человека и крысы, рыскающие по помойкам в поисках пропитания.

Долгое время сам я относился к подобного рода историям как к глупым выдумкам, годным лишь для развлечения, пока сам не стал героем одной из них.

Эта история слишком длинная для отображения в ленте. Читать полностью...
В одном многоквартирном доме жила маленькая девочка. Однажды она сказала матери, что идёт играть на улицу. Через несколько часов мать пошла звать её на обед, но не смогла её нигде найти. Она спрашивала всех детей во дворе, не видели ли они её дочь. Те сказали, что она не появлялась. Родители девочки вызвали полицию, и немедленно начались поиски. Но всё было бесполезно — девочку так и не нашли.

Три месяца спустя жители дома стали жаловаться на питьевую воду. Всякий раз, когда они открывали кран, вода странно пахла. Управляющий стал получать всё больше и больше жалоб от жильцов, которые жаловались на вкус и запах питьевой воды. Он понял, что нужно что-то предпринять, и вызвал сантехника, чтобы тот проверил резервуары с водой на крыше дома. Рабочий поднялся на крышу и стал снимать крышки с резервуаров, чтобы взять пробы для проверки химического состава воды. Когда он добрался до последнего резервуара и поднял крышку, то ощутил ужасное зловоние. Он посмотрел вниз и увидел, что в воде что-то плавает. Это был разлагающийся труп ребенка.

Полиция подтвердила, что это труп маленькой девочки, пропавшей без вести три месяца назад. Выяснилось, что она играла одна на крыше и, видимо, случайно упала в резервуар, заглядывая под его крышку из любопытства. Труп девочки пролежал три месяца — и столько же времени жители дома пили воду, в которой плавала девочка.
Мне 24 года. Я увлёкся посещением заброшенных объектов с 19 лет. Монстров и нечисть на объектах я не встречал, но встречал следы, отметины, оставленные ими. Так что да, я верю в их существование. Но эта история не о них.

В 2007 зимой я был у родственников в Ноябрьске по делам семейным. С собой захватил рюкзак свой — мало ли, есть где недострои или заброшенные объекты? К слову, в рюкзаке были: из одежды — тёплые штаны, свитер и куртка; экипировка — мой нож, выкованный для меня на какой-то кузнечной ярмарке на Украине (хороший нож, точится, режет, в руке сидит как влитой), средненький бинокль (к тому времени я уже понял, что на объектах может быть разная шваль, и нужно предварительно рассматривать всё издалека), мини-аптечка (царапины и ушибы полечить), провизия (тушёнка и минералка), компас, карта (простая распечатка с «Яндекса»). Фотограф из меня посредственный, так что таскал с собой мобильный телефон, чтобы заснять только общий план для памяти. Ну, и ещё необходимые мелочи — фонарик, батарейки, швейцарский нож, изолента... Сейчас, смейся — не смейся, ношу с собой ещё и иконку, но это после другого случая — может быть, потом напишу об этом. Тогда у меня её не было.

Так вот, я нашёл военную часть километрах в тридцати от города, стандартный заброшенный объект. Кое-кто уже даже бывал там, фотографии в Сети посмотрел и решил съездить. Встал утром. До окраины города добрался на попутке, а оттуда ходил рейсовый автобус. К часу дня был на месте. Порошил снежок, небо было серым, снег под ботинками хрустел. Я шёл в сторону части — рюкзак на спине, карта в руках, компас... Увидел вдалеке холм с высокими воротами и два двухэтажных здания по его бокам. Ветер усиливался. Я планировал побродить, посмотреть, пофотографировать — плюс, может быть, что-то с собой захватить на память. Рассчитывал ещё успеть покушать и к полчетвертого вернуться назад.

Вначале пошёл в ближайшее здание — пусто, всё вывезено. Пыльно, снежно, но не грязно. Сфотографировал пару общих планов. Честно говоря, так и не понял, для чего предназначалось это здание.

Потом пошёл в центральное здание. На улице уже началась вьюга. Я зашёл за гигантские открытые ворота. Нашёл кучу ящиков, заполненных, не поверите, болтами. Кинул пару болтов в рюкзак. На ветхом столике в углу советскую линейку нашёл, тоже сунул себе в рюкзак. Там же покушал, пофотографировал. Гляжу на часы — уже три, надо скорее последнее здание осмотреть.

На улице поднялся такой ветер — мама не горюй. Я побежал к третьему зданию, долго не мог найти вход. Обошёл, нашёл проём погрузочный, где куча труб лежит — ветер в них страшный гул поднял. Я даже громко крикнул и голоса своего не услышал. Зашёл внутрь — коридор длинный, снега нет ещё, но уже заметает. Осмотрел комнаты, зашёл на нижний этаж и увидел в конце нижнего коридора проблеск света. Ну, я не из впечатлительных, воспринял это наблюдение спокойно — кто угодно мог там быть. Но на всякий случай ножик, висящий на ремне, достал. Тихо крадусь, вижу — в коридоре лужа мочи, воняет характерно. Снега нет. Ну, явно тут человек обосновался, подумал я и подошёл к повороту, где и был сиден свет.

После первой же минуты осмотра стало неуютно. Большая комната. Высокий потолок. Метрах в десяти от меня горит костёр, обложенный цементными блоками, на которых куски мяса лежат, уже поджаренные. Спиной ко мне сидит большой коренастый человек с волосами в стиле «афро». Ест этот мужик мясо, чавкает, но звуков почти не слышно, потому что гудящие трубы эхо дают. Я подумал, что стоит осторожно уйти — мало ли, беглый заключённый прячется, или бомж. И тут увидел в дальнем углу комнаты кучу разбросанных вещей — тесак на земле, лужа крови... и куски мяса подмёрзшие.

Меня аж заколотило. Я понял, что это человека куски. Быстро икры разглядел, руки, рёбра... Так и прирос на месте. Оцепенел. Что делать, не знаю. А мужчина тем временем привстал к костру, и я понял, что ростом он выше двух метров — ножом не угомонить. Он взял кусок и опять сел на своё место, стал грызть. Я, наконец, вышел из ступора. Надо бежать, дошло до меня. Если он снова пойдёт облегчиться в коридор, заметит же!

Быстренько, на носочках, я подкрался к выходу, и оттуда уже выбежал на улицу. Те пять километров обратно — самое страшное, что было в моей жизни. Я помню, как бежал по сугробам сквозь метель, плача и задыхаясь. Оглядывался постоянно — боялся, что он меня догонит. Немного заблудился, но кое-как вышел к деревне.

В общем, домой я в тот день доехал в состоянии шока. С тех пор ношу с собой на объекты травматический пистолет. Вряд ли обитатель того здания был монстром — скорее всего, это был человек. Но я до сих пор, открывая коробку со своими «трофеями» из объектов, дрожу при виде болтов и старой линейки в целлофановом пакете.
Изабелла и Хлоя были типичными девочками-подростками. После школы они всё свободное время проводили вместе, смотрели страшные фильмы, часто оставались ночевать друг у друга и ходили вместе по магазинам одежды. Они любили вечеринки, любили гулять с друзьями — в общем, вели обычную жизнь, как и тысячи других девочек.

Однажды ночью Изабелла и Хлоя решили устроить девичник. Они решили улизнуть в ночной клуб, как только их родители лягут спать. Изабелла поцеловала своих родителей, пожелала им спокойной ночи и пошла наверх. Когда она решила, что все уже спят, то достала сотовый телефон, позвонила Хлое и сказала ей, что будет ждать её у магазина на улице. Хлоя сказала, что поняла её, и повесила трубку.

Изабелла тихо открыла окна своей спальни, стараясь никого не разбудить. Она залезла на подоконник, оттуда перелезла на толстый сук растущего у окна дуба и спустилась вниз (этот приёмчик она в совершенстве освоила с малых лет). Когда она шла по пустынной улице, у неё возникло странное чувство, что за ней следят. Она оглянулась, но вокруг никого не было. Когда она подошла к магазину, то никого не увидела. Она достала сотовый телефон и позвонила Хлое.

— Так, я у магазина, — сказала она. — Поторопись, или я пойду домой!

— Что случилось? — спросила Хлоя.

— Я не знаю, — ответила Изабелла. — Просто мне кажется, что рядом кто-то есть.

— Успокойся. Ты просто параноик, — засмеялась Хлоя. — Я буду через две минуты.

Изабелла повесила трубку, но не могла избавиться от ощущения, что кто-то наблюдает за ней. Через пять минут пришла Хлоя, и девушки направились в ночной клуб. Девушки были слишком молоды, поэтому не имели права заходить в ночной клуб, но охранники никогда не спрашивали у них документы. Они весело провели время, танцуя и флиртуя с парнями.

Было уже около трёх часов ночи. Изабелла беседовала с парнем, который выглядел старше её лет на десять. Внезапно она почувствовала, как завибрировал телефон у неё в кармане — пришло сообщение от её бывшего парня, Энтони. Она не слышала о нём с тех пор, как они расстались около месяца назад.

«ВЫХОДИ, У МЕНЯ ЕСТЬ СЮРПРИЗ ДЛЯ ТЕБЯ».

Озадаченная, она оглянулась и увидела, что Хлоя занята разговором с другим парнем. Не попрощавшись с ней, Изабелла вышла из ночного клуба. Она сделала всего несколько шагов, как получила другое сообщение.

«ВСТРЕТИМСЯ ЗА УГЛОМ».

Улица была слабо освещена, и вокруг никого не было. У Изабеллы опять возникло плохое предчувствие, но она решила всё-таки заглянуть за угол.

Тем временем внутри ночного клуба Хлоя искала свою подругу. Она прошлась по танцполу, даже проверила туалеты, но не нашла Изабеллу. И тут она получила сообщение от неё:

«ВСТРЕТИМСЯ НА УЛИЦЕ. ПОТОРОПИСЬ».

Когда Хлоя вышла на улицу, она получила ещё одно сообщение:

«Я ЗА УГЛОМ».

Завернув за угол, Хлоя увидела ужасное зрелище. Изабелла висела вниз головой на уличном фонаре. Сверкающие огни рождественской гирлянды были обернуты вокруг ее лодыжек. Под ней была лужа крови. Она была полностью раздета, и на теле были видны глубокие рваные раны на животе и груди.

Хлоя упала на землю и стала истерично кричать. Несколько человек, которые стояли у входа в ночной клуб, услышали ее крики и подбежали к ней. Была вызвана полиция. Рыдая, Хлоя рассказала им, как они с Изабеллой ускользнули из дома и отправились в ночной клуб. Она пыталась вспомнить всех парней, с которыми они флиртовали на танцполе. Её спросили, подозревает ли она кого-то, но Хлоя не могла ни о ком подумать плохое.

Во время допроса один из полицейских показал пластиковый пакет с окровавленным конвертом внутри:

— Мы обнаружили это в горле твоей подруги.

«Для Хлои», — было написано крупными буквами на конверте. Полицейский вскрыл конверт и стал читать письмо.

«ВОЗМОЖНО, ЕСЛИ БЫ ВЫ ОСТАЛИСЬ В ПОСТЕЛЯХ, НИЧЕГО ЭТОГО НЕ ПРОИЗОШЛО. НЕ ШЛЯЙТЕСЬ ПО НОЧАМ. ВСЁ, ЧТО УГОДНО, МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ».

Полицейские подхватили Хлою, когда она упала в обморок. Её отвезли в больницу.

На следующий день, родители рассказали ей, что бывший парень Изабеллы, Энтони, был арестован из-за подозрения в убийстве. Но у него оказалось алиби, и его вскоре освободили. Он утверждал, что в день убийства у него украли телефон.

* * *

Убийца Изабеллы так и не был найден. Всё стало понемногу забываться. Прошло два года, и Хлое почти удалось забыть о той страшной ночи.

Однажды поздно вечером Хлоя позвонила своему парню и попросила его встретиться с ней в парке. Она направилась в парк и вдруг почувствовала себя неуютно — словно кто-то наблюдал за ней. Она подошла к парку, но странное чувство не покидало её. Зазвонил телефон — это пришло сообщение от её парня.

«Я почти на месте, детка, люблю тебя».

Хлое стало легче. Ей осталось пройти мимо магазина — парк был прямо за ним. Она стала обходить магазин, и вдруг услышала сзади шум. Не оборачиваясь, она бросилась бежать...

Парень Хлои долго ждал её в парке. Наконец, он получил от неё сообщение:

«ИДИ ВПЕРЁД И УВИДИШЬ МЕНЯ».

Он пошёл вперёд и на одном из деревьев у дороги увидел труп Хлои. Огни рождественской гирлянды были обернуты вокруг ее лодыжек, она была совершенно нагая и вся в крови.

Парень позвонил в полицию. Его допрашивали всю ночь. Вернувшись домой только под утро, на пороге дома он нашёл письмо. Оно было залито каплями крови.

В письме говорилось:

«НЕ ШЛЯЙТЕСЬ ПО НОЧАМ. ВСЁ, ЧТО УГОДНО, МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ».

* * *

Мне бы хотелось сказать, что убийца Изабеллы и Хлои был найден, но это не так. Об этих убийствах почти забыли. В своё время эти убийства имели широкую огласку, но из-за отсутствия улик убийцу так и не поймали. Все продолжили жить дальше.

Может быть, вы удивлены, откуда я так много знаю об этом. Ну, я бы не хотел вдаваться в подробности, учитывая, что расследование (по крайней мере, официально) всё ещё продолжается. Я просто повторю свою любимую фразу:

«НЕ ШЛЯЙТЕСЬ ПО НОЧАМ. ВСЁ, ЧТО УГОДНО, МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ».
Одна семейная пара неожиданно получила приглашение на вечеринку у знакомых. Они не смогли связаться с приходящей няней, поэтому решили попросить соседку-старушку присмотреть за их шестимесячным ребенком. Добрая женщина c готовностью согласилась. По телефону договорились, что старушка придёт к ним в восемь часов вечера, но когда пришло время, старушка не появилась. Мужчина позвонил ей и спросил, что её задержало.

— Ох, прошу прощения, — сказала старушка. — Я совсем забыла! Сейчас я приду.

Когда она, наконец, пришла, супруги попросили её положить ребенка спать в 10 часов вечера и положить замороженную курицу, которая была на столе, в духовку, чтобы приготовить обед к следующему дню.

Примерно в половине одиннадцатого жена решила позвонить домой, чтобы проверить няню. Когда старушка подняла трубку, мать спросила, уложила ли она ребёнка в постель.

— Ох, прошу прощения! — воскликнула старушка. — Я забыла! Уложу малыша прямо сейчас.

— А что насчёт курицы?

— Ну что за дело! И об этом забыла. Но сейчас всё сделаю...

Женщина закатила глаза и повесила трубку. Она не могла жаловаться, потому что старушка сидела с их ребёнком бесплатно.

Когда супруги вернулись домой, старушка дремала на кресле в гостиной. Они разбудили её, поблагодарили за заботу об их ребенке, и она пошла домой. Мать поднялась наверх, чтобы проверить ребенка. Войдя в комнату, она увидела на кроватке сырую курицу.

В это время муж почувствовал запах дыма в кухне. Он открыл духовку и раздражённо крикнул:

— Ты не поверишь, дорогая! Эта забывчивая старушка сожгла нашу курицу!
В небольшом городе на севере России в конце 90-х годов произошел трагический случай, поразивший и ужаснувший всех без исключения его обитателей. Кажется, даже в областных газетах были заметки о произошедшем.

Начинается все буднично. Место действия — спальный район города, двор типовых девятиэтажек. Здесь играет и общается детвора из окрестных домов. Обычные мальчишки — играют в футбол, прятки и салки, вечерами рассказывают друг дружке страшные истории и пытаются вызвать всяких «Пиковых Дам». Они еще не интересуются девочками, поэтому их излюбленное занятие — задирать глухонемого мальчика (назовем его Максим), живущего в одном с ними доме. Максим живет с бабушкой, в школу не ходит, зато часто выходит во двор, становясь центром внимания ребятни. Мальчишек забавляет, что их ровесник не понимает ни слова, а только что-то воодушевленно мычит, по-собачьи преданно смотрит им в глаза и хвостиком следует за ними. Дети еще слишком малы, чтобы испытывать жалость к инвалиду, а общаться на равных не получается, так что Максим резонно становится объектом травли. Немому ребенку неведома гордость, он счастлив уже тому, что ему уделяют внимание и вовлекают в свои дела. У него отнимают игрушки, в него швыряют мяч, каштаны и камни, его дразнят, а ребенок хлопает в ладоши и смеется. Родители мальчишек на работе, бабушка прикрикивает на детей, но и только, так что Максим постепенно становится для них безответной игрушкой, с которой можно делать что угодно, и та никому ни о чем не расскажет.

Так продолжается довольно долго, пока однажды трое ребят и Максим не пропадают. Весь двор стоит на голове, прочесывая окрестности, милиционеры с собаками рыщут по подвалам и пустырям. В конце концов, на следующий день пропавших удается отыскать на территории заброшенного завода по производству пороха в полутора километрах от дома.

Член милицейской поисковой группы, пожелавший остаться неизвестным, поделился подробностями шокирующей находки:

«Когда мы приблизились к территории, собака вышла на след. Она привела нас в цеховое помещение, где и были обнаружены дети... то, что от них осталось. В нос сразу ударил резкий запах крови. Лучи фонариков выхватили зал, по которому были разбросаны фрагменты тел. Троих мальчиков кто-то разорвал на части голыми руками. Кровь была везде. Просто везде. Целым остался только глухонемой ребенок — весь в ссадинах, без штанов. Мы нашли его в углу цеха, он сидел на корточках лицом к стене... и ел. Он ел их все это время, понимаете? Дальнейшая экспертиза показала, что Максим подвергся развратным действиям со стороны одного из ребят. Очевидно, шок, вызванный ими, побудил ребенка расправиться с обидчиками. Вот только для того, чтобы совершить подобное, нужно обладать силой просто нечеловеческой. Я до сих пор не могу забыть, как он повернул ко мне лицо, перемазанное кровью. Посмотрел на меня. И улыбнулся».
Анечка тихонько приоткрыла дверь в родительскую спальню. Рядом с кроватью стояли два силуэта. Один из них держал в руках ножницы, а второй — большой чёрный пакет. Анечка испугалась и невольно вскрикнула. Незнакомцы услышали девочку и резко повернулись к ней. Вместо лиц у них была просто кожа. Не было ни глаз, ни рта — только густые чёрные волосы на голове. Анечка побежала в свою комнату, спряталась под одеялом и долго плакала. Она боялась, что эти страшные существа придут за ней. Время шло, за ней никто не являлся. Девочка не заметила, как уснула.

Наутро за столом Анечка спросила у мамы, кто приходил в их спальню ночью. Мама удивилась вопросу и сказала, что это был всего лишь сон, что никто не приходит по ночам в их дом, и что у дочки просто богатое воображение.

Аня попыталась протестовать: она хотела объяснить, что действительно видела ночью каких-то странных существ, но тут в дверях кухни возник один из тех силуэтов. Он поднес палец к тому месту, где по должен был находиться рот. Аня закричала, показывая пальцем на незнакомца. Мама обернулась и стала смотреть прямо на это существо.

— Что ты так кричишь? — она повернулась к дочери. — Там никого нет. Ладно уж, сегодня будешь спать со мной и папой.

Существо в дверном проёме медленно развернулось и зашагало прочь.

* * *

— Доброй ночи, — мама поцеловала Анечку и перевернулась на другой бок.

Девочка никак не могла уснуть — и, как оказалось, не зря. Дверь скрипнула и стала медленно открываться. Минута, две — никто так и не зашёл. Но когда Аня подняла голову наверх и посмотрела на потолок, то замерла от ужаса. На потолке, словно на полу, сидели всё те же существа. Одно из них по-прежнему держало пакет, а второе — огромные ножницы. Существо, которое держало пакет, спрыгнуло с потолка и подошло к маме Анечки, второе последовало за ним. Оно одним движением отрезало голову спящей женщине. То же они сделали и с папой Анечки. Второе существо сложило головы в пакет. Аня потеряла сознание от страха...

Утром, едва открыв глаза, девочка вспомнила события прошедшей ночи. Собрав волю в кулак, она повернулась в сторону мамы. Все было в порядке, мама спокойно спала рядом с дочкой. От радости Аня бросилась обнимать маму...

Голова женщины отпала и покатилась по спальне.